Он засыпал в люльку табак из отдельного кисета (тоже, разумеется, честно выигранного в штосс). Гриша вытащил кресало, ловко высек искру и, запалив табак, закурил. Следом, конечно же, сразу закашлялся. Но помотал головой и уверенно произнёс:

— Что там Апостол Павел говорил? Всё дозволено, но не всё полезно.

— Не нам, а коринфянам, — поправил я приятеля. Не обошлось без памяти «носителя», конечно же.

Сам я Библию знал совсем не так хорошо. Гришка примирительно протянул мне люльку, но я отказался — нечего молодое тело травить. Тогда казак спросил:

— О чём поговорить хотел?

— Даже по ёлкам прыгая и на телеге разъезжая, Крытин бы до нашей станицы не добрался так легко.

Гришка кивнул.

— Об том же думал, — сказал он. — Не один он был.

— Если у этого старика были подельники, значит, таких бесноватых может быть ещё много.

— И судя по растоянию, в нашей станице другой орудовал. Значит за Маринку мне поквитаться не удалось, — с грустью в голосе произнёс Гриша. Потом снова затянулся и снова закашлял.

— Ты поменьше вдыхай, — посоветовал я.

— Учить меня будешь ещё.

— Есть у меня одно подозрение, Гриша.

— Говори.

— Если убийства, не приведи Господь, продолжатся, то бесноватые и среди наших есть.

— Вздор. Было б так, помогли бы Крытину, — казак покачал головой.

Мимо нас проехала телега со старообрядцами. Гриша проводил их взглядом, потом всё-таки высыпал табак на землю и растоптал.

— Гадость какая-то. Дед мой полынь с мятой курил, и то не так гадко было. Надо бы продать кому.

— А зачем одному сумасшедшему другому помогать? Даже если у них секта какая, они ж там, поди, как змеи в клубке!

— Складно, — Гриша засунул люльку за пояс. — Значит, настороже остаёмся?

— Виду главное не подавать, что мы подозреваем кого-то. Может, без Алексея Алексеевича, ежели среди наших тоже сумасшедший или предатель есть, он посмелее станет.

На том мы и порешили. Вернулись в казармы, рассказали о стычке с иркутскими. Конечно же, третьим к нам хотел пойти каждый казак. Пришлось с Гришкой поспорить, кого берём — Федьку моего или кого из его приятелей. Пришли к выводу, что в кулачном бою Федя всё-таки поспособнее будет.

Остаток дня прошёл спокойно. Я присоединился к игре в бабки. Своих у меня не было, но Фёдор заботливо поделился набором. Бабки проще всего сравнить с нашими городками. У игроков — особенно заядлых — есть мешочек с костями. Не игральными, вроде кубиков, а настоящими коровьими костями. Чёрт его знает, какими именно, но похожи они на позвонки. Эти кости бабками и зовутся. Бывают они двух форм — правники и левники. С какой стороны широкий бок начинается, по тому боку и кличут. Их выставляют в линию, одну к другой. А потом игроки, взяв «биты» — другие косточки, — пытаются по очереди бабки сбить.