В голове не вмещалось осознание того, «что» я только что положила в карман, если, конечно, мои предположения верны. А ещё приходило понимание, что об этом точно знает моя девочка. «Его» видно-то было только из-за того, что я практически сняла всю колонию ряски с поверхности водного пространства. Дальше дотянуться моя длинная палка уже не могла, но и нормальный человек не пошёл бы в ту сторону по воде, песчаное дно, становилось всё глубже, оно вызывало реальное опасение. Увидев ещё нечто похожее, я подчистила видимое пространство мелководья, пододвигая увиденное мною палкой ровно до того места, на котором моя рука смогла дотянуться под водой до находки. Карманы одежды были полны. А после мы молча пробирались через высокий тростник, Тереса ждала на берегу.

Я сурово молчала, в темноте, укладывая находки, собираясь в обратный путь.

— Аннушка, ты нашла, то что искала?

В этих словах был определённый подтекст, который заставил девочку внимательнее ко мне присмотреться.

— Только листья, матушка. И немного засохшего мёда в дупле поваленного дерева, а ещё семью погибших пчёл. Я была осторожна, когда укладывала всё в ёмкости для перевозки, не волнуйтесь.

— Мы поговорим об этом дома.

— Хорошо матушка.

— Ряску нужно перевезти в воде, она не должна пострадать. Её будем вводить в питание больного каждый день, увеличивая постепенно дозу, а ещё постараемся это сделать внутримышечно.

Аннушка что-то хотела спросить, но не рискнула, мой голос был строг.

* * *

Обратный путь был напряжённым. Мы поместили ряску в подобие керамического горшка, заполнив его дно водой из озера. Верх закрыли плотно свёрнутой вкруг осокой. Распредели ношу. Заплечную сумку я молча, не передовая никому её в руки повесила себе за спину. На первый взгляд тяжёлый вид клади оправдывался моими влажными ботинками в ней. Дочь не смотрела мне в глаза.

Солнце пригревало, мы торопились. Умирающий мужчина на судне тревожил меня всё больше и больше. Думала о его маленьком сынишке, который вот так вдруг осиротеет в одно мгновение. Все эти сведения я почерпнула из рассказов его помощника и не хотела быть на месте его супруги.

А после переключилась мыслями на найденное нами как в самом озере, так и в хижине на его берегу. Я, конечно, читала Джека Лондона и много слышала про золотую лихорадку на Аляске, в Шотландии и в Австралии, но, чтобы вот на виду у всех… Там его, вероятно, много, но идти за ним на глубину опасно, действительно можно сгинуть навеки.

Возмущена была молчанием дочери. Хотя ночью, слыша её оправдания наверно была согласна с ними.