* * *

Итак, ровно сутки прошли с того времени, как проповедник Хенсли нанёс нам вчера визит. Кажется, полжизни прошло. Высокий мужчина с глубоко посаженными глазами, которые казалось, что видят сквозь душу. Если бы он начал говорить о вере, о любви и о том, как важно заботиться о ближних; если бы его слова звучали искренне и проникновенно, словно каждое из них было пропитано верой. То всё сложилось бы иначе в тот вечер.

Сегодня же гостиная в нашем доме была сравнима разве только что с оазисом. Красивые юные леди, достойные и элегантно одетые, готовились к первому в своей жизни приёму. Пусть домашнему и ни к чему не обязывающему, но… атмосфера изысканности и изящества, которая была характерна, для приёмов начала девятнадцатого века в Англии, она однозначно поселилась в этих стенах.

Беглый граф из Франции, он вовсе не предполагал, что на нём сейчас будет произведена тренировка. Мы слышали его шаги в коридоре и ожидали, когда же его сиятельство, наконец, сделает первый шаг в гостиную.

Он был неподражаем, его высокий статус и благородное происхождение делали его неотразимым для окружающих. И он как-то весьма изящно преподнёс к чаю бельгийский шоколад и воздушные эклеры. Девочки из Ирландии не решались даже прикоснуться к такому королевскому угощению. Но главный презент лежал в корзинке, покрытой мягким, словно пуховым платом. Корзинку он вручил леди Анне-Марии.

Девочка замерла в одну минуту, улыбка сошла с её губ. Они застыли с мужчиной посреди гостиной, не сводя друг с друга глаз. Он склонился и прикоснулся губами к её крохотной ручке. А затем он обратился ко мне. Начались представления. Однако мне было очень даже понятно, что в гостях он у нас оттого, что ему важна моя маленькая дочь.

Аннушка же, поставив корзинку на диванчик, аккуратно подняла покрытие и замерла, восторженно смотря вовнутрь. Рядом материализовалась из-под кресла Шеба, она тихонько заскулила и, сунув нос под платок, облизала кого-то. А затем, взяв это существо в зубы, отнесла на своё место и легла, скомпоновавшись вокруг него, как смогла, всем своим видом показывая, что она наконец-то стала мамой. Маленький щенок, очень породистый, из семейства бишонов. Мальтазе. Господи, сколько же он стоит? Он обрёл свою новую маму.

Мужчина был совсем другим, нежели в парке, он сбросил будто свою шутливую маску и очень серьёзно рассказывал нам о кризисе королевской власти в Европе, о республиканцах и франкоговорящих католиках, которые отправились недавно в Штаты. Он будто лил животворящую воду на семена надежды, который уже давали всходы в наших душах.