Однако эта ситуация весьма заинтересовала отца Настеньки, и он просил дословного перевода от Жданки и вновь хмурил брови. Договариваясь с гостями о встречах на следующее утро, он ещё ничего толком не решил для себя, но стать титулованным землевладельцем в Шотландии было для него очень привлекательной идеей.

Феодальное право было ещё не отменено. Титулы они, действительно, уступались и продавались вместе с наделом баронского хозяйства. Всё решали деньги и желания того или иного герцога или графа. Ведь слишком многие бароны сейчас были в затруднительном положении, за ними значилась задолженность по ежегодным платежам в казну. Подати также никто не отменял.

Итак, всё это отвлекло от нашей поездки Владимира Афанасьевича, он вместе со своими людьми посетил имение соседа. И не один раз, скажу я вам. Наша мисс Джейн не отходила ни на шаг от купца, который именовал себя для шотландцев не иначе как боярин Александров. Он встречался с арендаторами этих земель. По такому серьёзному делу приехал князь Николай, оставив Настеньку на попечение прислуги и сына; и также углубился в изучение данного вопроса уже с юридической точки зрения.

Их поездка в Лондон состоялась по окончании следующей недели. Предстояла встреча с графом Кадоганом, вопросы задолженности и передачи титула и земли должны были решаться и регистрироваться в его личном присутствии.

В ожидании я ловила взгляды дочери и испанцев.

Последним испытанием для меня, наверное, стала воскресная служба в часовне и очередное послание лорда Эдуарда Элдони из Лондона. Холодное и равнодушное, намекающее на наши отношения в прошлом.

Войдя в часовню в полном несогласии со своей жизнью, я замерла. Совершенно забыла о том, что Владимирская икона божьей матери с младенцем на руках, конечно же, нашлась на судне и была установлена, как и полагается в нашей православной часовне, что высилась на холме возле старинного кладбища.

Итак, на меня смотрел лик, который я сама когда-то реставрировала. Богатое украшение оклада не потускнело, холодный пот струйкой скатился по позвоночнику. Захолодело до самых костей, словно омывая их непрошеным ужасом. Я на мгновение замерла, словно прикованная железными цепями к каменным плитам пола.

«— … хоть на время, мне просто необходимо сменить обстановку. Князь Николай с семьёй три осенних месяца провели в Лондоне, в моём загородном имении, и сейчас вновь отправился решать дела тестя, я не готова опять возложить на себя эту ответственность, эта тайна пусть пока остаётся тайной для всех и для меня в том числе. Это просто замкнутый круг какой-то!».