Пока она возилась у плиты, я выбрала из ящика несколько кусочков лучшего филе и аккуратно завернула их в чистую холстину.

— Зачем это? — спросила Эмма, заметив мои приготовления.

— Маленький подарок господину Кроксу, — ответила я с невинным видом. — Он ведь тоже человек и наверняка любит хорошую рыбу.

Эмма покачала головой, но снова промолчала. Я видела, что она не одобряет моих планов, считая их слишком рискованными, но ценила её сдержанность. Настоящая Лесса, судя по всему, была тихой и послушной, и моё новое поведение вызывало у старушки смешанные чувства.

После завтрака я переоделась в лучшее платье, которое нашлось в шкафу Лессы — тёмно-синее, скромное, но аккуратное и подчёркивающее фигуру. Волосы, пышные и непослушные, собрала в строгий пучок. Посмотрев на своё отражение в маленьком зеркальце, я осталась довольна: выглядела серьёзно и по-деловому, а не как юная барышня, пришедшая просить о снисхождении.

— Как я выгляжу? — спросила я у Эммы.

— Очень… взросло, — ответила она после заминки. — Почти как ваша матушка, когда шла вразумлять вашего отца, если тот затевал что-нибудь рискованное.

Я улыбнулась. Похоже, это был комплимент.

— Присмотри за лавкой, — попросила я, направляясь к выходу. — Если кто-то зайдёт, покажи наш товар. За филе можно просить шесть медяков, за фунт, за стейки — семь, а за деликатесы из потрохов — по восемь. Но если будут торговаться, можешь уступить медяк-другой, особенно постоянным клиентам.

— Вы говорите совсем как торговка с рождения, — покачала головой Эмма, но в её глазах мелькнуло что-то похожее на гордость.

— Просто здравый смысл, — пожала я плечами. — Ничего сложного…

Контора ростовщика Крокса располагалась на центральной улице города, недалеко от здания магистрата. Неприметное каменное здание с узкими окнами и массивной дубовой дверью, на которой красовалась бронзовая табличка с надписью: «Финансовые операции. Ссуды. Залоги».

Я толкнула тяжёлую дверь и оказалась в небольшой приёмной, обставленной со сдержанной роскошью: тёмная дубовая мебель, кожаные кресла, на стенах — несколько картин в строгих рамах, изображающих морские пейзажи.

За столом у дальней стены сидел молодой клерк с тонкими усиками и зализанными назад волосами. Он поднял на меня равнодушный взгляд.

— Чем могу помочь?

— Мне нужно видеть господина Крокса. Меня зовут Лесса Хенли, я дочь Харлона Хенли.

— Господин Крокс очень занят. Если вы по поводу долга вашего отца, можете оставить платёж мне, — с ленцой произнес клерк, еле заметно поморщившись.

— Мне нужен лично господин Крокс, — настойчиво повторила я. — Речь идёт о перераспределении долговой нагрузки.