Умирая, Карл оставлял после себя не только разрушенную религиозными войнами Францию, но и глубоко несчастную семью. В свои последние дни он часто бредил, и сквозь этот бред проступали имена тех немногих, кто имел для него значение.
Наследие предпоследнего Валуа:
Елизавета Австрийская (супруга): Кроткая дочь императора Священной Римской империи Максимилиана II. Их свадьба состоялась в 1570 году. Она искренне любила своего безумного мужа, но была лишь бледной тенью в его жизни.
Мария Елизавета Французская (законная дочь): Единственный совместный ребенок королевской четы. Девочка отличалась таким слабым здоровьем, что все мы понимали — она не жилец. Она действительно переживет отца совсем ненадолго и умрет в возрасте пяти лет, не оставив наследников.
Мари Туше (официальная фаворитка): Единственная женщина, с которой король обретал покой. Многолетняя любовница, которой принадлежало его истерзанное сердце.
Шарль де Валуа, герцог Ангулемский (внебрачный сын): Рожденный от Мари Туше 28 апреля 1573 года. Карл уходил из жизни, когда мальчику был всего один год. Ирония судьбы: в отличие от своего болезненного отца, этот незаконнорожденный Валуа получит титул графа Овернского, станет видным военным деятелем, проживет долгие 77 лет и оставит многочисленное потомство.
Так как у Карла IX не было законнорожденных сыновей, после его смерти корона неизбежно переходила к нашему младшему брату — Генриху Анжуйскому. В свои последние часы Карл успел поручить заботу о своем крошечном бастарде Шарле именно ему, и Генрих, надо отдать ему должное, позже выполнит это обещание.
Я же в те дни изменилась до неузнаваемости. Те, кто ожидал увидеть меня заплаканной, убитой горем вдовой при живом муже, были разочарованы. Я больше не плакала. Мои слезы навсегда высохли в ту ночь на Гревской площади. Теперь я выходила к столу, выбеленная пудрой до мраморной белизны, с губами, накрашенными так ярко, словно я только что причастилась из кубка с кровью.
Я стала «Ледяной королевой». Это было моё новое оружие.
Я поняла, что мужское желание — это самый надежный способ управлять мужчинами. Если раньше я отдавалась страсти, то теперь я начала использовать своё тело как инструмент политического влияния. Я улыбалась тем, кого ненавидела, я позволяла прикасаться к своей руке тем, чью голову хотела бы видеть на плахе. Но в моих глазах больше не было огня — только холодный, расчетливый блеск.
— Марго, ты выглядишь... пугающе, — шепнул мне как-то мой брат Франсуа д’Алансон, пытаясь заискивающе заглянуть мне в лицо.