Я сижу за столом рядом с Виолеттой Степановной. Моя адвокат сегодня похожа на хищную, элегантную птицу в строгом темно-синем костюме. Её взгляд спокоен, руки аккуратно сложены перед собой, справа от нее несколько папок. Это наши “козыри”.
Напротив нас Денис и его адвокат, щеголеватый мужчина, который то и дело поправляет часы. Это уже не тот адвокат, который был в прошлый раз. Скорее всего Денис решил перестраховаться и нанять нового в попытке выиграть хотя бы одно дело, но увы. Его и здесь будет ждать провал, и я в этом уверена.
Денис избегает смотреть на меня. Он смотрит в окно, на стену, на свои руки. Выглядит раздраженным, будто его оторвали от какого-то очень важного дела. Его высокомерие по-прежнему витает вокруг него, но сегодня в нём появилась трещина в виде нервного тика в уголке правого глаза.
Я не боюсь. Странное, почти необъяснимое спокойствие наполняет меня изнутри. Может, потому что я уже прошла через ад первого заседания. Может, потому что я видела, как дрогнула эта каменная маска на его лице, когда судья огласил решение о разводе. А может, потому что теперь у меня за спиной не пустота, а надежный тыл.
И этот тыл дает о себе знать. За моей спиной сидит Максим. Мой сын. И его поддержка чувствуется во всем.
Дверь в зал приоткрывается с легким скрипом. Я машинально оборачиваюсь и сердце на секунду замирает, а потом бьется радостно и сильно.
В проеме стоит моя сестра. В легком дорожном пальто, с сумкой через плечо, будто она только что вышла из такси. Она замечает меня, и на ее лице расплывается широкая, и такая родная улыбка. Она машет мне рукой и, крадучись, стараясь не шуметь, проходит вглубь зала, садится на свободную скамью позади меня. Рядом с Михаилом, который пришел, как и обещал, “для моральной поддержки”.
Он встречается с ней взглядом, они обмениваются кивками. У меня сжимается горло. Они здесь. Все трое. Моя опора и поддержка. Я еще раз оглядываю зал. Здесь нет только Ани, но не потому что она не захотела. В этот раз все иначе. Сегодня ее нет здесь, потому что у нее важный зачет, который она не могла пропустить.
Я возвращаюсь к столу, и это спокойствие внутри крепнет, становится ощутимым.
Судья занимает свое место. Начинается заседание. Адвокат Дениса выступает первым. Он говорит о “предпринимательском риске”, который нес исключительно его клиент, о “неучастии супруги в оперативном управлении”, о том, что моя доля — формальность, которую следует оценить по минимальной ставке, а лучше выкупить по символической цене. Его речи плавные, уверенные, но в них сквозит привычное пренебрежение. Меня снова пытаются превратить в пассивного созерцателя, в “иждивенку”.