— Что дальше? — спросил он тогда.
И я, к собственному удивлению, ответила не про заказы, не про бизнес-план. Я сказала:
— Мне будет не хватать этого. Не только работы. А… этого, — я обвела рукой пространство его дома, наполненного тишиной, историей и уважением к красоте.
Он улыбнулся.
— А что, если не прощаться? Что, если создать своё пространство? Где будут не просто выставлять старину, но и возвращать её к жизни. На глазах у людей. Галерея и открытая реставрационная мастерская в одном флаконе.
Идея попала в самое сердце. В ту пустоту, где раньше были страх и неуверенность, и заполнила её трепетом и азартом. Год бешеной работы, поиск помещения, ремонт, юридические тонкости, закупка оборудования, формирование первой коллекции. Михаил вложил средства и свои колоссальные связи в мире антиквариата. Я своё мастерство, имя, которое наконец-то что-то стало значить намного больше, чем я могла себе представить, и бесконечную энергию, которой, оказывается, во мне было ещё много.
И вот настал день открытия.
Зал постепенно наполняется людьми. Гул голосов, смех, звон бокалов. Я вижу знакомые лица. Моя сестра, Мила, пробивается ко мне через толпу, сияя, как новогодняя ёлка, и хватает в охапку.
— Сестрёнка, я плачу от гордости! Ты это сделала! — рядом стоят мои подруги, те самые, что не отвернулись в самый трудный год, и коллеги-реставраторы, с некоторыми из которых мы теперь не конкуренты, а партнёры.
И дети.
Максим стоит чуть поодаль, в хорошем костюме, непривычно взрослый. Он разговаривает с немолодым, подтянутым мужчиной в очках, тем самым наставником, которого я наняла для него, чтобы он учился управлять компанией, которая стала полностью моей.
Сергей Петрович, бывший топ-менеджер с безупречной репутацией и, как выяснилось, страстью к художественной фотографии. Он учит Максима не только сводить балансы и читать договоры, но и видеть красоту в линиях строительных лесов, в игре света на бетоне.
Мой сын загорелся. По-настоящему. Он каждый день с восторгом рассказывает мне о новых проектах, о тонкостях переговоров, а по выходным они с Сергеем Петровичем пропадают на каких-то заброшенных промышленных объектах, делая потрясающие кадры.
Бизнес, который я когда-то отвоевала со страхом и отвращением, в руках сына стал не тяжким грузом, а увлекательным делом. Он на своём месте. Я вижу это по его глазам.
Мой взгляд скользит дальше. Аня. Она пришла. Стоит у стены, в стороне от общего веселья, с бокалом сока в руках. Смотрит не на меня, а на одну из представленных работ. Мы с ней снова общаемся. Вежливо, на расстоянии вытянутой руки. Она еще учится, устроилась на постоянную работу. Говорит о ней, о своих планах съехать из нашей квартиры.