В доме славянина было три главных элемента, выполняющих не только практические, но и магические функции: матица, красный угол и печь. На центральной потолочной балке — матице, по сути, держалась не только крыша, она выполняла функцию стяжки стен. Недаром балка так называется, она была не только матерью, но и главной хранительницей дома. «Худая матка — дому смятка», — говаривали в старину. На матице даже в XIX веке продолжали вырезать охранные знаки, и нередко рядом с христианским крестом красовался перунов знак — колесо с шестью спицами или цветок с шестью лепестками, вписанный в круг.
Матица, точнее ее проекция на пол избы, была символической границей внешнего мира и внутреннего пространства избы, и чужой человек без приглашения хозяев не мог пройти за нее. На границе враждебного чужого мира и своего родного находился очаг, печь — сильнейший оберег и сакральное место, с которым были связаны многие магические обряды.
В печи горел священный огонь, который согревал и защищал от злых сил и выходцев из потустороннего мира, и в печи готовили пищу, пекли хлеб, который тоже считали священным, так как в нем соединялись три главные стихии: зерно — дар земли, вода и огонь. Уже это наделяло печь магической силой и делало сердцем и душой славянского дома. В деревнях еще сравнительно недавно печь называли печным столбом. Кажется странно, так как традиционная русская печь мало похожа на столб. Но такое название сохранилось с тех времен, когда печь была каменкой и обходилась без трубы. Сооружалась она из валунов дикого камня и топилась по-черному, то есть дым из нее выходил в жилое помещение и вытягивался в небольшие волоковые оконца, расположенные в верхнем венце.
Дом крестьянина среднего достатка. За печкой чаще всего и обитал домовой.
© Новгородский государственный объединенный музей-заповедник
Конечно, печи были разные, и знакомая нам русская печка с трубой, лежанкой и большим устьем для приготовления пищи прошла длинный путь от простого круглого очага в центре жилища. Но нас с вами интересует прежде всего печная магия.
Древний анимизм — наделение всех объектов окружающего мира разумом и душой — несомненно, относился и к печи, которая почти обожествлялась, так как была домом земного божества — огня Сварожича. Поэтому рядом с печью нельзя было ругаться, произносить грязных, оскорбительных слов, в печь нельзя было плевать. Хотя мусор, сметенный в избе, как раз сжигали в печи, чтобы из дома не ушел достаток и здоровье, — негоже выносить мусор из избы.
Одушевление печи и наделение ее собственной магией заметно в заговорах, в которых к домашнему очагу обращались с просьбой, призывали в свидетели, выражали надежду, что матушка-печь постарается, чтобы хлеба и пироги удались. Вот пример такой просьбы крестьянки Архангельской губернии, которую приводит Л. Н. Майков в книге «Великорусские заклинания»: «Матушка печка, укрась своих детушек».