Струги выстроились в линию. Головные — два, с нарезными пушками — впереди. За ними — основная масса. Ракетные корабли — в середине строя, под прикрытием. Их время придёт немного позже.

Остяки и вогулы натягивали тетивы, проверяли стрелы. Лица их были спокойны. Охотники, привыкшие убивать, отбросили все мистические страхи прошлых дней и пошли навстречу судьбе.

И вот показались стены.

С реки город выглядел внушительно — высокий частокол, башни по углам, над воротами развевается знамя. Зелёное, с золотой вязью. Бухарское. Работали они бухарцы быстро. Видно, что мастера руководили стройкой хорошие. И рабочих рук хватало.

Я навёл трубу на бруствер. Вот она — пушка. Громадина. Ствол длинный, тяжёлый, на мощном лафете. Где-то за стеной вокруг нее суетится расчёт. Готовятся. А может, уже готовы. С ночи, а то и раньше.

— Видишь? — спросил Ермак.

— Вижу.

— Далеко до них?

— Версты две.

— А наши достанут?

Я вздохнул. По всем расчётам — должна. Нарезной ствол, удлинённый снаряд, усиленный заряд. Но теория — это теория.

— Попробуем, — сказал я.

— А они до нас здесь?

— Не знаю…

Ермак выкрикнул команду, и струги замедлили ход, сбросили якоря.

Сейчас начнётся.

С берега нас давно заметили. Я видел в подзорную трубу, как на стенах бегали люди, как кто-то указывал на реку.

Думаю, они уже наводили орудие.

Струги со сброшенными якорями замерли. Течение здесь было слабым, и нас почти не сносило.

Бухарцы выстрелили первыми.

Грохот ударил по ушам даже на таком расстоянии. Я увидел, как из жерла вырвался столб огня и дыма, как огромное ядро, видимое глазу, по высокой дуге пошло вверх, вверх, вперед… и рухнуло в воду далеко впереди нас, саженях в ста от нас.

— Не достали, — выдохнул кто-то рядом.

— И не достанут, — сказал я, пытаясь произнести это максимально уверенно. — Огонь!

Наша пушка рявкнул. После бухарской ее голос казался почти негромким — резкий, сухой треск вместо утробного рёва. Я следил в трубу за полётом снаряда. Недолёт, сажен тридцать. Разрыв поднял фонтан земли перед укреплением.

— Чуть дальше, — скомандовал я.

Выстрел второй дальнобойной пушки тоже промазал, тоже сделал недолет.

Второй наш выстрел лёг левее, но уже на нужном расстоянии, ударил в деревянную стену и пробил ее. Щепки полетели в разные стороны. От города даже на таком расстоянии донеслись крики — похоже, не ожидали от нас такого.

Выстрел другого нарезного орудия ударил в землю под самой стеной.

Хорошо, но недостаточно.

Бухарцы тем временем перезаряжались. Мы со своими двумя банниками и пороховыми картузами серьезно превосходим их в скорострельности. Это радует!