Мне на миг даже показалось, что отец смутился, но лишь на миг.
— А что мне делать⁈ Стоит нам с матушкой из дома выйти, только и разговоров, что дочь моя невоспитанная, презрев волю нашу, сбежала из дома аки тать в ночи! Ты хоть представляешь, как на нас соседи смотрят? Дочь — ведьма! Разве что пальцем не тыкают.
— Ежели тебе не хватило ума сказать, что сами отвезли учиться, кто же тебе дурак? — не выдержала я.
— Ты нас обоих в гроб вгонишь! — побагровел отец. — Вот уж не думал я, что мы так плохо воспитали собственную дочь, что однажды услышать такое придётся!
— Пап… — мне и правда стало совестно. — Прекрати… прошу тебя.
— Как в голове твоей хоть немного ума появится, тогда и прекращу. Всё, достаточно, наигралась в чародейку, а теперь домой! К матери! На коленях прощения просить, может, хоть это её на ноги поднимет!
Он попытался схватить меня за руку, но я отпрянула. Будто прошлое и будущее в один миг соединились во мне, и стало ясно как день-деньской, что если я сейчас подчинюсь, то мы все втроём проиграем. Не для того мне судьба второй шанс дала, чтобы я вновь его профукала.
— Нет, отец, — глянула строго и хмуро. — Мне жаль, что матушка не здорова. Но мой путь выбран. Примите это.
И развернулась, уходя. Вроде как высохшие в перепалке слёзы вновь подкатили к векам. Но я не позволила себе рыдать и убегать. Просто пошла прочь, стараясь не вспоминать, каким отчаяньем и яростью исказилось лицо отца после слов моих.
Глава 8.3
Яросвету Чудину не раз в его жизни выпадало вступать в бой. Выходил он супротив и чудищ, и лихих людей, и врагов лютых, видом отличных, и своих, почти родных рож из соседнего княжества. Случалось ему и в засады попадать. Из всего этого он вынес и опыт немалый, и славу бесстрашного, опасного чародея и, главное, чутьё особое. Оно безошибочно отделяло простую опасность от совсем уж дрянного дела.
Вот сейчас Яросвет стоял над трупом, к которому его вызвали, и буквально слышал внутри себя вопли чуйки: «Поруха, Ярик, поруха!» И был полностью с ней согласен. Попал так попал.
Нет, покойничек преставился не из-за убийства жестокого или ритуала колдовского. Вполне себе рядовой несчастный случай: с лошади по пьяни навернулся. Может, сам, может, помогли. Это ещё предстоит выяснить. Впрочем, дело совсем в другом.
Обычно на такие трупы Яросвета не дёргали. Однако сейчас со свёрнутой шеей на мостовой лежал сам Радило Сбычеславович Большебородов — важная птица в стольном граде, боярин, богатей, царский советник, пусть не из ближнего круга, но из среднего так точно.
За такого покойничка спросят и в Колдовском, и в Сторожевом приказе. А потом ещё и царь обязательно поинтересуется, нашли убивца или зря деньги казённые на вас тратятся?