— Думала я, — чародейка, будто оправдываясь, глянула на него, — надолго им хватит, успею до людей добежать.
— Но не вышло, — вновь понял Яросвет.
— Не вышло, — покачала она головой. — Немного совсем времени прошло, как один из них ровно передо мной выскочил. Потом и второй подоспел. Я только и успела, что Ромашку за помощью отправить.
— Она тебя и спасла, — Яросвет осторожно погладил одним пальцем птаху. — Но одного ты и сама уделала.
Загляда потупила взор, и Чудин не стал допытываться, вина её гложет или желание скрыть заклинание, которым удалось справиться с одним из нападающих.
— Я бы не смогла, ежели бы они погубить меня хотели, но им не жизнь была моя нужна, — вымолвила она всё же.
— Похитить хотели, — кивнул Яросвет, придя к такому же пониманию.
— Живы⁈ — в дверь ввалился Казимир Всеславович, дыша так, что Чудин испугался, как бы и этого откачивать не пришлось. При этом ректор держал в руках извивающийся змеёй ветер. Чудин не обольщался небольшими размерами заклинания, знал: стоит отпустить его, как он мигом вырастет выше дома и пойдёт всё крушить куда там огню.
— Живы, Казимир Всеславович, — подскочил к нему Яросвет и попытался осторожно усадить. К облегчению Чудина, ветер впитался в ладони ректора, и тот тяжело опустился на лавку, разом обмякнув и продолжая хрипло, аж с присвистом дышать.
— Живы… — тоже повторила Загляда.
— Что ж случилось-то⁈ Заглядушка, ты вся в грязи.
Чародейка замерла, потом вдруг засмеялась, аж до слез, которые с лица вместе с грязью стала убирать найденным в рукаве платочком. Яросвет же решил заняться телом второго ворога. Может, оно скажет ему поболе о том, кому помешала красавица-чародейка.
Дождь и не думал переставать. Кикиморина Тишма… как осень, так из грязи не вылезти.
Чудин дотопал до нападавшего на Загляду, перевернул его и поразился виду ужасному — будто какой-то великан его поднял да об стену шваркнул. Сильна, однако…
Под дождём проверять карманы и разглядывать труп было несподручно, поэтому пришлось тащить этого татя кикимориного в дом, где ждали Загляда и ректор, оба тяжело дышащие — она опосля смеха, он опосля пробежки.
Яросвет предпочёл бы обоих уже куда-нибудь отправить. А то думай, сойдут ли его действия за навыки чародея полкового или мигом выдадут в нём дознавателя. Но куда деваться? Пришлось прямо при этих двоих взваливать труп на стол, дабы обыскивать сподручнее.
То, что осталось от лица, не подходило для опознания. Яросвет невольно покосился на Загляду, а сам вспомнил, как совсем недавно так же лежал в грязи с мордой, на которой мало что сохранилось.