— Я поняла, Елена Артуровна. - это идет вразрез с моими планами, но у меня нет возможности на сопротивление, иначе это будет выглядеть странно и меня тут же отошлют отсюда.
— Пойдем, покажу тебе, где что лежит, и выдам форму.
Елена показывает мне все и оставляет в комнате для персонала, чтобы я переоделась в рабочее платье. Темно-синяя плотная ткань облегает тело, но не сковывает движения. Рукава три четверти, длина достаточно приличная, ниже колена. На ноги белые кеды.
Все пристойно и очень удобно.
— Пойдем, познакомлю тебя с охраной, — зовет гувернантка.
Все ребята новые, я никого не знаю.
— Это Ильшат, Иван и Денис.
Ребята кивают мне, дарят легкие улыбки.
— Симпатичная! — выдает Денис и тепло улыбается.
— Худовата, как по мне, — парирует Иван.
— Наглецы какие! — ахает Елена. — Дверь за нами не закрылась, а они уже судачат как квочки!
Ребята смеются, а я не могу сдержать улыбки.
Когда я жила в этом доме, тут была совершенно иная атмосфера. Холодная и безжизненная. Суровая Фатима, которая, я уверена, рассказывала отцу Карима все, что происходило в доме, никогда не улыбалась. Охрана не поднимала на меня взгляда.
Сейчас тут все по-другому. И люди, и окружение. Беседка, оплетенная растительностью, небольшой бассейн.
Появилось много цветов. Гортензии растут практически на каждом шагу. Когда-то в прошлой жизни я безумно любила этот цветок, а сейчас… сейчас все это так неважно.
Веревочные качели, песочница, то тут, то там разбросаны детские машинки, велосипед. Все такое живое и кричащее о жизни.
— На игрушки не смотри — Карим Дамирович распорядился ничего не трогать. Приучает Эмира самого за собой убирать игрушки.
— А где он, кстати? — спрашиваю я.
— Эмир? В садике. Тут недалеко, в поселке, есть закрытый детский сад. Он ходит туда.
Весь день я занимаюсь домом. Елена четко обозначила комнаты, в которых нужна уборка. Кабинета среди них нет, но, даже если бы и был, я бы не спешила бежать к ящикам и сейфам. Мало ли, вдруг Карим поставил по всему дому камеры, и я на них сразу же попаду. Нет. Пока надо просто работать и не отсвечивать.
Ближе к четырем вечера я заканчиваю убирать и иду в комнату для персонала, переодеваюсь в свои джинсы, футболку и кроссовки, надеваю на голову бейсболку, пряча глаза.
В целом я выгляжу очень неприметно. Таких девушек, как я, в джинсах и футболке, тысячи ходят по улицам нашего города, я ничем не выделяюсь.
Волосами прикрываю шрам на скуле, выхожу из дома.
На дорожке в меня врезается Эмир.
— Ой! Извините, — виновато улыбается, глядя на меня. — Привет!
— Привет, — отвечаю я, улыбаясь в ответ на автомате.