— Ивану Сергеевичу, слышно, въезд в столицы пока заказан? — осторожно спросил Григорий.

Алексей Алексеевич поморщился:

— Пока да. Но времена меняются, авось и до него очередь дойдёт.

Я с уважением посмотрел на казака. Тот никак не отреагировал. Наконец-то разобравшись с рукавами, он повернулся к штабс-капитану.

— Готовы? — спросил тот.

Мы кивнули почти одновременно. Тогда Алексей Алексеевич встал, полистал лежащие на столе журналы. Один из них он отложил в сторону.

— Как вернёмся, я дам тебе этот выпуск «Библиотеки для чтения», — сказал он, обращаясь к Григорию.

— Что там?

— Новый рассказ Тургенева, «Два приятеля». Ну, прошлогодний, но сам понимаешь, свежий номер в Чите не достать.

— Спасибо, Алексей Алексеевич, — сказал Григорий.

Штабс-капитан махнул рукой.

— Не благодари, пока не прочитаешь. Весьма печальная история, на мой взгляд. А ты, Жданов… тоже полистай, как Григорий закончит. Тебе нужно больше читать.

— Вы решили заняться нашим просвещением? Может, ещё и французскому обучите? — спросил я безо всякой злобы или желания подколоть. Напротив, как человек XXI века, я прекрасно понимал ценность образования даже посреди негостеприимного Дальнего Востока, куда мы направлялись.

— Si tu m’es utile, Cosaque, et si j’ai raison à ton sujet, je t’apprendrai et le français, — вдруг сказал Алексей Алексеевич.

Я не понял ни слова. Ну, кроме слова «казак». Посмотрел на Григория — тот только пожал плечами. Штабс-капитан тихо хмыкнул себе под нос и направился к выходу из квартиры. Мы, ничего не говоря, последовали за ним. Здание было одноэтажным и таким же деревянным, как и почти всё в Чите. Из камня был сложен только дом генерал-губернатора.

Экипажей на улице тоже не было. Мы прошли метров триста, наслаждаясь холодным вечерним ветром и запахом свежего дерева. Проходя мимо собора, мы с Григорием перекрестились. Алексей Алексеевич сперва бросил на нас насмешливый взгляд, но потом вздохнул и тоже перекрестился. Мы с казаком переглянулись.

— Привыкает, — тихо усмехнулся Гришка.

— Думаешь, там, в столице, все такие, или только наш? — задумался я.

— Мне кажется, он и для столицы странный, — кивнул Григорий.

Я кивнул, и мы пошли дальше. Дом губернатора встретил нас не роскошью, а порядком и чистотой. Сказать по правде, если бы не каменные стены, квартирка Алексея Алексеевича выглядела бы даже богаче. Ковров не было, сразу после небольшого предбанника шёл широкий, но почти пустой зал. Несколько больших столов сдвинули к стенам, освобождая место для гостей. Музыкантов не было, так что гости просто ходили по залу и болтали друг с другом.