Вы пишите мне, что в каждой главе есть своя интрига. Спасибо, конечно же, спасибо. Но мне хочется вам ответить, что на самом деле всё ещё впереди.

Итак, перекрёстный огонь взглядов за ужином и удивительная тишина. Наша семья молчаливо отслеживала ситуацию. Я просила адвокатов из Лондона не покидать скромное жилище, что приютило их, пока посланник архиепископа Кентерберийского, и старший брат моего бывшего супруга не уедут в Лондон. Но на исходе были уже третьи сутки их пребывания в замке, а гости не покидали отведённые для них покои. Вернее покидали: переговоры и совместные обеды, наше общество было весьма разносторонним.

Управляющий Томас Веера, его не нужно было учить и просить о необходимости нашего с Дашей и дочерью уединения, гостям было предоставлено отдельное крыло в замке. Они не пользовались источником, но все необходимые удобства имели в своих совершенно обычных покоях.

Мы же считали часы и минуты в ожидании тех самых слов, что должны были прозвучать ещё на второй день, я будто слышала их:

«… — мы не смеем вас больше отвлекать и пользоваться гостеприимством».

Ну? Может быть, сегодня?

Тщетно.

Спрятав накануне все найденные мною рукописи, конечно же, не дочитав их до конца, я решила, что хватит жить чужими жизненными приключениями. Владимир Афанасьевич, приехав из дальнего поселения, был весьма удивлён происходящим в замке. Думаю, что он однозначно советовался с виконтом д’Блекур и бабушкой Алекс; в результате та не отходила от нас с дочерью ни на шаг.

— Миледи Ольга, я присутствовал на вашем венчании.

Голос preacher (проповедника) звучал глухо, мне нравилось его гипнотическое звучание, но. Он будто был взволнован, и в то же время очень настойчив; металлические нотки в непростых интонациях меня очень раздражали. Отложив в сторону маленький томик Шекспира, я попыталась настроиться на мирную беседу.

Но как это возможно было сделать?

Возле прекрасного старинного фортепьяно стоял Он.

Ещё одна копия Георга, совсем другая. Их что всех троих одна мать родила?

Хотя нет это невозможно.

Этот экземпляр вероятно, день и ночь занимается спаррингом на шпагах. Силён, опасен. Очень. Мне казалось я в дурном сне.

Хотела вытереть взмокшие ладони об изумительное вышитое платье, что пришлось одеть к ужину.

«— … к чёрту смену нарядов, к чёрту гостей, когда же они уедут»?

— Преподобный Хенсли…

Он поморщился, я что-то спутала и назвала его не соответственно англиканским церковным канонам.

— Миледи, вы же приняли нашу веру перед венчанием…

Шелест шёлкового наряда бабушки дал мне понять, что она совсем рядом.