Рубен кружил Ксюшку на руках, целовал. Дочка радовалась, визжала. Потом, вернувшись ко мне, обхватил за плечи и поцеловал жадно и горячо. Тогда мне казалось, мы такая крепкая семья. Тогда мне казалось, что все это будет нерушимо годами, веками, тысячелетиями.
Я не знала, почему, когда влетела в столб, подумала именно о своём бывшем муже. Именно в тот момент, когда мы были максимально близки друг к другу.
Внизу живота по-прежнему тянуло, и мне казалось, что я, наверное, в какой-то момент чокнулась.
Оглядевшись, попыталась сообразить, где этот чувак на седане. Но его и след простыл.
Я тяжело выдохнула и посмотрела на разбитое стекло, которое крошевом лежало на приборной панели и даже у меня на коленях. Потянулась сквозь стиснутые зубы, выдохнула мат и достала мобильник. Набрала Ваську, потому что разговор прервался.
– Мам, мам! Ты как? Ты где? Ты скажи, я приеду. Я приеду.
Я не поняла, сколько времени прошло и как давно мы закончили говорить…
— Не знаю, минут десять-пятнадцать. Ты отключилась. Что случилось, мам? Это авария?
– Господи, да. Второго участника нет. Точнее, это столб. – Выдохнула, ощущая, что совсем нестерпимо сильно больно. Так, как будто бы низ живота распирало в разные стороны.
– Просто скажи адрес, и я приеду сейчас.
– Подожди, я определюсь вообще, где.
– Мам, не клади трубку.
– Вась, сейчас я перезвоню. – Тихо произнесла и, отложив мобильник, попыталась собрать все мысли воедино.
Попыталась набрать номер полиции, а потом задумалась, что я должна была им сказать, что случилось, что произошло? Выдохнув, я сжала телефон во влажной ладони и с трудом оттолкнула от себя водительскую дверь. Постаралась вылезти из машины.
И вроде бы, когда я встала на ноги, мне стало полегче. Низ живота перестал пульсировать такой нестерпимой болью.
Но в этот момент из-за поворота вылетела очень знакомая Бентли. Вылетела так, что её занесло на повороте и выкинуло на противоположную полосу. Машина зарычала, выравниваясь, резко дёргаясь и обходя остальных участников движения шашечкой.
Я несколько раз моргнула, пытаясь понять, что это происходило. Но когда Бентли, завоняв резиной, резко затормозила возле меня, я подумала, что мне все это привиделось.
Рубен вылетел из тачки с красным лицом и схватил меня за плечи.
– Сань, Сань, ты как? Ты чего?
Я стояла, вжимаясь носом ему в плечо, и не понимала, что произошло.
– А ты как здесь?
– Твою мать, домой ехал. Васька позвонил, сказал, что ты в аварию попала. А у тебя система противоугонная стоит. Я все бросил, тут же как стартанул.
— На ста восьмидесяти летел, что ли? – Тихо выдохнула.