Глава 74
Глава 74
Саша.
После ресторана. Всё там же.
Поцелуи у Виктора были вдумчивые и медленные. Особенно когда мы оказались в его квартире. Руки горячие, и мне казалось, что я впервые с момента развода ожила, почувствовала что-то кроме всепоглощающей боли и отчаяния от того, что я не справилась, от того что я не смогла.
— Да куда ты так торопишься? — Выдохнул Виктор, останавливая меня, когда мои пальцы нырнули ему под ворот рубашки. — Вся ночь впереди. Ты чего?
Я замотала головой. Потому что боялась, что если он остановится на мгновение, то я вдруг передумаю, сбегу поджав хвост, и буду потом себя костерить самыми последними словами о том, что никак не могу вылезти из своего брака с Рубеном.
И когда Беркутов понял, что я не готова ничего обсуждать, подхватил меня на руки.
Дурацкое платье мешало мне обхватить его за талию ногами. Но от этого оказалось только романтичнее. Потому что он шагнул вглубь квартиры и внёс меня как принцессу.
А почему-то так произошло, что я не помнила, когда последний раз меня Рубен носил на руках. А во мне не так много килограммов, чтоб сказать, что у него радикулит постоянно простреливает после этого.
И поцелуй не прерывала уже я.
Мне хотелось напиться его дыханием и понять, что всё может быть по-другому и после развода я могу быть счастлива, имею на это полное право.
Это же так логично — после того, как тебя предали, знать, что не ты бракованная, а он дурак.
Кровать промялась под нашим весом. Виктор навис надо мной и гладил ключицы, не задевая ничего ниже. И только когда понял, что я держу его крепче крепкого, когда мои пальцы, сведённые почти судорогой, не собираются куда-то упархивать с его шеи, дотронулся до бретели платья и потянул её вниз.
И шорох ткани, чувство того, как она царапает кожу, пробило меня током. Я выгнулась, сквозь зубы простонав.
— Какая ты нетерпеливая.
Но дело было не в терпении. Дело было не в том, что мне нужно было всё здесь и сейчас.
А в страхе.
И то, что происходило между мной и Виктором, было похоже на что-то спонтанное, эмоциональное и напрочь лишённое какой-либо логики. А логика-то должна была быть. Мне не пятнадцать лет. Я взрослая, уравновешенная женщина, которая пылала под руками незнакомого мужчины.
Хотя как незнакомого?
У нас с ним уже столько всего общего было: совместный ужин, совместная авария.
— Не говори, пожалуйста. Я тебя прошу, не говори.
— Если я не буду говорить, ты забудешь, с кем ты в постели.
— Нет. — Шёпотом ему в губы.
Я не могла забыть, с кем я в постели. Потому что с мужем было по-другому. Потому что с Рубеном я всегда знала, чего ожидать. А с Виктором его нарочитая медленность, его игра на грани, как будто бы он специально заставлял меня ощутить весь спектр желания, которая только нагнеталась с каждой секундой всё сильнее и сильнее.