– Не представляю. Вообще не представляю. – Усмехнулся Рубен.
Я скрипнула зубами, склонила голову к плечу и, прикрыв глаза, выдохнула:
– В бдсм есть стоп-слово. А с бывшей женой будешь вариться, кипеть в масле, и никто тебе руку помощи не протянет. Помни об этом, Рубен. Если я сказала, что моя дочь никуда не едет, значит, моя дочь никуда не едет. Надумаешь ставить мне палки в колеса, и стоп-слова не видать тебе как своих ушей.
Глава 8
Глава 8
Во время развода я поняла, что самый лучший способ избежать разбитого сердца — это просто притвориться, что у меня его нет.
Именно этим я занималась последний год, и именно этим собираюсь продолжить заниматься и дальше в отношении бывшего мужа, бывших родственников и вполне себе настоящих детей.
Как бы не трещало, не хрустело под ногами дочери моё сердце, лучше я буду безжалостной дрянью, которая делает из некоторых ситуаций запреты, чем через двадцать лет она мне выскажет: « а ты куда смотрела? Ты почему мне это позволяла? Ты взрослее, мудрее».
Поэтому, рявкнув Рубену про то, что стоп слово он не дождётся, если будет мне перечить, я положила трубку.
Точнее, не положила, а хотела ей прям треснуть. Да жалко вам телефоны сейчас мобильные.
Под конец дня я поняла, что давиться болью и переваривать тот факт, что отец пытается повыгоднее меня снова продать — бессмысленно.
У меня были возможности, у меня были активы, которыми я планировала воспользоваться, чтобы даже со стороны своей семьи стать автономной. То, что отец рассуждал так весело о том, будто у моего свёкра есть там какая-то Лолочка, говорило лишь об одном: он либо завидовал, что у него своей нет Лолочки, либо мама что-то не знала. Хотя в последнем я была не уверена, потому что мама не тот человек, которая стала бы что-либо терпеть.
Слава Богу, один из важнейших уроков, который преподнесла мне мама ещё в детстве было то, что терпение это никакая не добродетель женщины. Терпение это слабость, в первую очередь потому, что тот, кто заставляет тебя терпеть, считает, что на тебе можно пахать и воду возить, и ни капельки здесь ни слова нет о любви.
Первый урок по отсутствующему терпению я получила лет в семь, когда в школе меня стали задирать из-за того, что я такая правильная, умненькая. А у меня не было варианта быть тупой, потому что мной занималась. Мать, бабушка. Я ходила на танцы, я ходила на художественную гимнастику, я читала, рисовала, а детям всегда нужен кто-то, на кого можно слить всю грязь.
Я один раз пришла с растрёпанными косами из школы, второй раз пришла, а на третий раз мне мама сказала.