Я потёр переносицу, ощущая, как головная боль стала подниматься с затылка и достигла уже макушки. Значит дальше боль качнётся и поплывёт к глазам.
– Я, как раз-таки это видел и я этого всегда избегал. А ещё у меня была ты, которая не моя мама. Ни разу. Которая может за себя постоять.
– Рубен, не смеши меня, что я за себя могла постоять. Когда ты на мне женился – я тебе в рот заглядывала. Потому, что ты был старше, умнее. У тебя был другой уровень образования.
– Не скажи. – Я улыбнулся, ощущая какую-то дурацкую, кармическую несправедливость от того, что в самом начале никто не думает о финале. Но в нём все думают о том, с чего все началось. Дебильно однозначно. – Не скажи. Я был поражён твоей скромностью, начитанностью. А самое главное – тотальным доверием. Я сам не понимал, в какой момент, по щелчку вдруг понял, что глядя на тебя, я улыбаюсь, как последний идиот. И также я не понял, в какой момент так произошло, что мне стало важным, чтобы тебе было намного лучше, чем мне.
Саша саркастически поджала губы, намекая на то, что изменами- то я делал лучше себе.
Я тяжело вздохнул.
– И может быть, если бы у меня перед глазами был родитель, который изменял, если бы я видел, как больно матери от этого, возможно никогда бы так не поступил. Но я этого ничего не видел. Даже если отец изменял, мать никогда мне этого не рассказывала и не показывала.
– Слушай, а ты вот никогда не задумывался? – Саша закатала рукав медицинской сорочки повыше, чтобы не задевать капельницу. – Изменяя своей жене, ты не думал о том, что и твоей дочери будут изменять? И как ты тогда себя будешь чувствовать, глядя на то, как твоя плоть и кровь с ума сходит?
Сердце противно заныло.
Ксюшка.
Я набрал в грудь воздух и тихо произнёс:
– Саш, я об этом не думал.
Глава 68
Глава 68
Рубен.
Я вообще много о чём не подумал в своей измене. Мне казалось, некоторые вещи настолько незначимые в этом вопросе, что я даже не останавливался. Адреналиновая зависимость, какое-то чувство запрета, возможность находиться рядом с абсолютно разными женщинами — меня это пьянило.
Да, только вот сейчас я свободен. Бери, хватай любую, заведи себе разных: мулатку, шатенку, блондинку. А не хотелось. Настолько не хотелось, что казалось проще в гору переть, чем жить так, как я живу сейчас.
Саша была напугана и растеряна. Наверное мне стоило бы на это обратить чуть больше внимания, потому что она никому не позволяла находиться рядом в такие моменты. А я её видел разной — счастливой, с ума сходящей.
Она мне один раз сказала о том, что предпочитает дурачиться с умным мной, чем умничать с каким-нибудь дураком. Такая простая фраза, а столько в ней смысла.