— И что дальше? — спросил заместитель ректора. — Будет война?

Леша невольно переглянулся с Пандорой.

— Надеюсь, что нет.

— Но мы же должны отомстить! Нельзя оставлять подобное безнаказанным!

— Мы обязательно восстановим справедливость… — уклончиво ответил Леша и решил перевести разговор в другое русло. — А что у нас со временем? Успеваем?

Руководитель лаборатории покосился на башенные часы:

— Еще пятнадцать минут.

— Тогда не будем медлить.

…

Они направились в сторону радиотехнического корпуса.

Лаборант торопливо объяснял детали эксперимента.

— Будут задействованы три станции: в Херсонесе, Гераклее и у нас. Прогноз погоды — хороший. В зоне эксперимента небо чистое, грозовых фронтов нет…

— А как с мощностью? Хватит? — спросил Леша.

— Здесь, в Византии, у нас есть экспериментальный генератор, — лаборант кивнул на плотину. — Так что тут мощности достаточно. В Херсонесе тоже генератор, но совсем слабый, на мускульной тяге. А в Гераклее серные банки, по ним больше всего сомнений. Но мы, по крайней мере, рассчитываем, что они там сумеют принять сигнал.

Пандора внимательно разглядывала хмурые, сосредоточенные лица ученых. В воздухе чувствовались тревога и напряжение. Она покосилась на Алексея. Почему же он ничего не спрашивает? Похоже, ему и так все понятно. Но ученым явно хотелось поговорить…

Пандора решила им подыграть:

— А как вы сумеете включить все приборы одновременно?

— Да, это непросто! — воодушевленно начал руководитель проекта. — Время работы оборудования ограничено. Особенно в Гераклее. Заряда серных банок хватит не более чем на десять минут.

— И что же делать? — хлопнула ресницами Пандора.

— Но у нас есть солнце! — руководитель проекта указал на астрономическую башню, на верхней площадке которой виднелся одинокий силуэт.

Человек на башне держал какой-то громоздкий прибор.

— У Смироса в руках секстант. Этот прибор позволяет установить солнечный полдень. А так как мы знаем географические координаты всех городов, мы можем отмерить заданное от полудня время с помощью обычной клепсидры.

Алексей с благодарностью улыбнулся Пандоре. Конечно, она все отлично понимала и без подобных объяснений, но такие расспросы отлично снимали всеобщее напряжение.

Как раз в этот момент наблюдатель на башне махнул рукой и громко крикнул:

— Полдень! — затем дернул колокол, и по ушам ударило пронзительное “бам-м-м!”

— У нас есть одиннадцать минут! — засуетился Тимон.

Вскоре все столпились в небольшом здании у подножия ажурной башни, с которой в разные стороны тянулись то ли какие-то веревки, то ли “провода”, как называл их Алексус.