— Скажи, что мы готовы заплатить за то, чтоб пройти по их земле.
Симий затарабанил.
Алкон заметил огонек интереса в глазах предводителя и обернулся в сторону корабля:
— Эй, там, на борту! На баке под лавкой в сундуке! Достаньте мне кошель!
Один из стрелков отложил лук и начал пробираться на нос лемба.
Варвары с настороженным любопытством разглядывали эллинов. Напряжение постепенно начало спадать. Ехавший впереди воин что-то коротко сказал своим товарищам и спрыгнул с коня.
Про себя Алкон решил, что это вождь.
— Интересно, они хоть знают, что это такое? — пробормотал подошедший сзади матрос, протягивая Алкону тяжелый кошель.
— Не хуже тебя! — хмыкнул Симий, не поворачивая головы.
Алкон прикинул на ладони вес мешочка с деньгами. Здесь должно быть полсотни полновесных византийских драхм. Более чем достаточно… Он развязал кошель, запустил в него ладонь, зачерпнул пригоршню монет и сделал еще несколько шагов навстречу аборигенам. Затем поднял кулак и демонстративно высыпал монеты обратно в кошель. Серебро приятно позвякивало. Последнюю монету Алкон зажал в пальцах и протянул предводителю варваров.
— Объясни, что он получит деньги, если позволит нам беспрепятственно пройти. Мы не хотим драться.
Они сошлись посередине. Алкон протянул монету варвару, и тот подхватил ее толстыми пальцами с грязными ломаными ногтями. Глаза варвара округлились. Алкон понимал его изумление. Новые византийские трезубцы сильно выделялись на фоне афинских сов или персидских дариков. Новые монеты штамповались на паровых прессах и обладали идеальной формой, гладкостью и фактурой, недостижимой для монет, сделанных вручную.
Зажав монету, варвар разглядывал ее в лучах жгучего солнца, затем попробовал на зуб, провел пальцем по ребристому краю, защищающему монету от порчи, и наконец, подслеповато прищурившись, принялся изучать суровый лик Посейдона на аверсе.
Начались переговоры.
Варвар, нарочито хмурясь, тыкал пальцем в слегка завалившийся на левый борт корабль и что-то возмущенно верещал. Воины за его спиной дружно поддакивали и кричали.
— Он что-то говорит про гнев богов и священный ручей… — пробормотал Симий, напряженно вслушиваясь в варварский гомон.
— Священный ручей? — напрягся капитан.
— Да врет он! Набивает цену, — поморщился Симий. — Эх… вот бы запрячь их лошадей… — мечтательно добавил кормчий, потирая натруженную спину.
— Хм… Запрячь лошадей? — переспросил Алкон, мысленно прикидывая возможности корабельной казны. — Клянусь Посейдоном, это хорошая мысль!
Глава 31
1
Сколько дней они уже были в пути? Если бы не календарь в скрижали, Артемисия уже давно бы сбилась со счета. Каждый день был похож на предыдущий: ранний подъем, скорый завтрак и бесконечная дорога по выжженной, иссушенной земле. Мимо обезлюдевших деревень, заброшенных полей и обмелевших каналов. Богатая сказочная Персия в действительности оказалась совсем не похожей на давние фантазии и мечты: нищей, пустой и какой-то блеклой. Всюду ощущалось дыхание пустыни, упадок и безнадежность. Уже который раз Артемисия подумала, что путешествия на деле оказываются вовсе не таким захватывающим приключением, каким кажутся в девичьих грезах.