Тот лишь снова пожал плечами.
Девушка поднялась и повернулась, пытаясь рассмотреть находку в тусклом свете луны.
— Тут какие-то буквы… — пробормотала она, вглядываясь в кривую, покрытую облезлым черным лаком поверхность.
— Какие?
— Так… Ага…
— Что? — недоверчиво переспросил Телемах и взял осколок из рук Артемисии. Поднес его к глазам, вчитываясь в мелкие, неровно нацарапанные буквы.
Никакой ошибки. Всё было именно так, как сказала Артемисия.
Молодые люди изумленно переглянулись. Опять какая-то загадка! Проклятые персы!
Телемах потянул девушку за собой:
— Уходим!
— Подожди! — она вырвала руку из его пальцев. — Нужно всё опять замазать и закопать!
— Зачем?
— Я еще не поняла, что это такое, но думаю, что лучше никому об этом не знать. И надо проверить другие столбы. Может, там будет что-то еще.
Телемах вздохнул. Нет… Воином быть гораздо проще, чем шпионом. Проще сразиться в бою с десятком врагов, чем ломать голову над всей этой абракадаброй.
Глава 25
1
Это был знаменательный день. День, о котором Алкон грезил последние полгода. Казалось, вся Гераклея собралась на набережной. Вокруг сновали зеваки, кричали водоносы и продавцы газет. На акрополе, возле храма Посейдона в небо поднимался столб дыма. В воздухе пахло жареным мясом, жженой карамелью и горелой шерстью.
Приехавший из Византия гелиограф ходил по пристани и делал загадочные пассы руками, наводя сведенные квадратом пальцы на силуэт готового к спуску корабля. За ним со скучающим выражением лиц два помощника перетаскивали с места на место громоздкое оборудование.
Алкон очередной раз осмотрел стапель, затем перевел взгляд на высокий борт, обшитый толстыми дубовыми досками. Прозрачные капли застывшей смолы переливались на солнце, словно тысячи слезинок, которыми Гея оплакивает своих детей, обреченных погрузиться в непроглядную бездну царства Посейдона. Внутри у капитана всё сжалось: последний месяц строительство превратилось в непрерывную гонку. Из Византия шел один приказ за другим. Быстрее! Еще быстрее! Как можно торопиться при работе над таким кораблем, было выше понимания Алкона. Но у дурацких политиков свои представления о времени и скорости работ. Вероятно, они думают, что всё делается само собой, словно по велению Гефеста и Посейдона: нахмурил лоб, свел посуровее брови, стукнул кулаком по столу — и готово.
Тяжелый громоздкий корпус с торчащими огрызками мачт казался уродливой пародией на стройный изящный силуэт боевой триеры. До Алкона доносились насмешливые и недоуменные комментарии зевак. Даже начальник порта, почтительно приветствовавший капитана, выглядел озадаченным и удивленным.