— Мне казалось, у скрижали постоянно дежурит охрана… — сказала Пандора.

— Да. Так и было до реконструкции… — с отчаянием выдавил Метон. — Но мы… Я решил, что это излишне… Острова отлично охранялись. Повсюду патрули… Стражники на входе, на стенах. Весь периметр под постоянным наблюдением. Но внутри… Понимаешь, вся эта охрана… она очень нервирует ученых. Молодые ребята, девушки… А тут эти солдафоны…

Ниоба, сверкнув глазами, с возмущением уставилась на мужа. Тот осекся.

— Я имею в виду… Они… Они хорошие ребята. Но им было всё это совершенно непонятно. Чем мы занимаемся… Для чего… Да и аспиранты, как вы понимаете, рот на замке не держат. Шутки, подколы… всë по-доброму, но… Спартанцы — а большинство охранников из Лакедемона — народ вспыльчивый… Вот я и решил после строительства нового здания изменить систему охраны. Солдаты контролировали периметр и самого острова, и Университета, и отдельно Библиотеки. Но внутри была свободная зона… Свободный университет! Ты же сам рассказывал об этом принципе. Это способствует творческой атмосфере… — лицо Метона пошло красными пятнами. Он сцепил пальцы, пытаясь унять дрожь в руках.

— Что-то я не помню, что согласовывал изменение системы охраны… — осторожно заметил Алексей.

Пандора успокаивающе положила руку на дрожащую ладонь Метона и посмотрела на Алексея:

— Ты же всегда говоришь, что люди должны самостоятельно принимать решения, а не согласовывать каждый чих. На месте лучше видно, что идет на пользу работе, а что во вред. Мы строим мир, в котором люди свободны в принятии решений.

— …и поэтому сами несут ответственность за свои ошибки, — тихо, как бы ни к кому не обращаясь, прошептала Ниоба.

Метон сокрушенно опустил голову.

Раздался резкий стук в дверь. Метон вздрогнул и переглянулся с Ниобой.

На пороге показался запыхавшийся посыльный из штаба.

Пандора невольно сжала Лешину ладонь.

Ниоба вскочила:

— Что случилось?

Алексей встретился взглядом с побледневшим адъютантом и кивнул.

— Господин стратег… — неуверенно начал тот. — Голуби…

— Что “голуби”?

— Прилетели голуби из Персии.

— Отлично! Что в послании?

— Послания нет.

— Как нет? — недоуменно переспросил Алексей.

— И почему “голуби”? — уточнила Пандора. — Он что, прилетел не один?

Посыльный кивнул:

— Да. Вернулись три птицы. Но ни у одной нет никакого сообщения.

Алексей невольно сглотнул вставший в горле ком и с сочувствием посмотрел на побледневшего Метона.

— А сколько у “Дельты” оставалось почтовых голубей?

— Три…

Пандора подошла к Ниобе. Женщины обнялись.

— Вы уверены? Ни у одного нет никакого послания? — одеревеневшим голосом переспросил Метон.