Ты не радуйся, осина,

А ты радуйся, береза:

К тебе девки идут,

К тебе красные идут

Со куличиками, со яичками!

Так пели девушки во Владимирской губернии, собираясь чествовать березку9.

Затем березу завивали, то есть скручивали несколько веток и соединяли их в кольцо-венок. Через этот венок девушки целовались и нарекали друг друга кумами, обещали не ругаться и помогать друг другу. Обряд носил символический и временный характер, через неделю девушки так же торжественно с песнями развивали березу, что считалось раскумлением. И в этом случае березка представала в песнях как подружка:

Да вы, подруженьки мои,

Да зачем вы меня раздеваете?

Да я чем же, чем же вам да разглянулася?

Да я кудрявая, да я нарядная была…10 —

звучало в обрядовой песне.

Этот обряд интересен не только тем, что участвовали в нем исключительно девушки, но и тем, что кумой они называли не только подругу, но и березу. Есть предположение, что в древности это был обряд заключения договора с деревом, установления родственных отношений именно с березкой, которая выступала как покровительница девушки и хранительница, гарант ее девичьей чести или инициации при вхождении «в возраст». Вот строки из песни, которую пели в XIX веке девушки на Семик в Тверской губернии:

Что ты, белая береза,

В чистом поле не шумишь?

Что ты, белая береза,

Со мной дела не решишь?11

Но с течением времени и с распространением христианства суть обряда забылась, береза как вновь обретенная родственница тоже уже не воспринималась. Но традиция кумиться на Троицыной неделе осталась, только уже не с деревом, а с подругой.

Береза была олицетворением женской сущности, и, как это часто случается в славянской магии, сохранилась лишь эта, женская часть ритуала побратимства. Но, вероятно, когда-то подобный обряд проводили и парни, заключая братский союз, только уже с дубом. Есть и доказательства возможности подобных ритуалов. Это найденные стволы вековых дубов с вбитыми в них нижними челюстями кабанов. Один дуб подняли со дна Десны в 1909 году, а ствол другого подобного дуба был найден при расчистке Днепра в 1975 году. Как известно, дубовая древесина в воде сохраняется, становясь только крепче. Радиоуглеродный анализ второго из найденных дубов показал, что как живое дерево этот дуб перестал существовать в середине VIII века, видимо, он упал из-за размывания крутого берега. В ствол первого из найденных деревьев было забито четыре кабаньих челюсти, а в ствол второго — девять.

Третий дуб с остатками кабаньих клыков был найден в 1984 году в селе Колычевка (Количевка) Черниговского района Черниговской области, его тоже несколькими годами ранее подняли со дна реки. Это дерево оказалось существенно моложе, ученые датировали его X–XI веками. Как видим, обычай приносить в жертву дубам кабанов существовал не один век. Причем это были не охотничьи трофеи, как можно подумать, все челюсти принадлежали домашним свиньям. И такой магический ритуал, видимо, был призван повышать плодородие скота, а возможно, жертвоприношения совершались по разным поводам.