А тут это оказалось следующим шагом после магического насоса и руны жара. В этом мире умеют изменять законы реальности. Но, как ни странно, не умеют делать многое другое. Или умеют плохо.

Например, полёт к луне.

Или взрывчатку.

Или что угодно, где требуется не чудесность воздействия, а просто чудовищное количество грубой энергии. Магия великолепна там, где нужно нарушить правило. Но отвратительна там, где нужно грубо продавить мир силой. Руна пустоты могла образовать сферу вакуума вопреки всей физике. но если разделить медью границу между волшебно созданной пустотой и воздухом, физика начинала работать. Давление воздуха на медь было такой силы, что поршень вырывал крепления из стены. Вот только если оставить отверстие, через которое можно вновь заполнить цилиндр воздухом - магия сработает, а физика нет. Будет граница, которая волшебным образом снимает давление. Браск утонул чертежах хитромудрых клапанов и заглушек. Пока он не смог создать устройство, достаточно мощное, чтобы заставить телегу катиться долго и равномерно. Тащить большой груз оказалось неожиданно трудно. Слишком много маны. Слишком нестабильно. Слишком сложно.

А ещё магия плохо переносит масштабирование.

Вот автоматоны.

В Медном Горне нашлось ещё два сердца голема. Трудно сказать, откуда. Во всём Фейтхоле их было три. Возможно, кто-то где-то повесил несколько в качестве светильников. Или их хранит род в личной сокровищнице. Но вряд ли мы говорим даже о десятках. Сколько вообще цитаделей в Фейтхоле? Десяток очень крупных. Полсотни вроде Медного Горна. И ещё двести-триста мелких.

Пусть даже во всём Фейтхоле найдётся двести сердец голема. Очень оптимистично. Но допустим.

Предположим даже, что каким-то чудом я соберу их все.

И что тогда?

Двести медных дварфов?

Да, они смогут говорить. Пусть с трудом, но научатся работе. Смогут носить грузы, крутить вороты, толкать вагонетки. Даже полностью медные, а не бронзовые, как предполагал Бурдар, они всё равно способны работать часами, если не двигать всеми конечностями сразу. Но дети и женщины и так носят грузы. Да, автоматоны помогут. Разгрузят живых дварфов. Это хорошо. Очень хорошо. Но не изменит мир. Даже пятеро автоматонов не заменят Стура.

Руны они не режут. Не хватает чего-то. Души? Воображения? Не знаю.

Хотя, возможно, со временем они смогут стать хорошими мастерами. Пожалуй, именно тут автоматон опаснее всего. Не как воин. Как ремесленник.

Вечный мастер.

Тот, кто не стареет. Не устаёт. Не теряет память. Никогда не будет дрожать руками от старости. Вот это уже действительно страшная сила. И одновременно почти бесполезная для быстрого изменения мира. Потому что магия вечно упирается в редкость. Редкие сердца големов. Редкие рунные мастера. Редкие металлы. Редкие откровения богов. Золота, похоже, хватит на складах еще на десяток автоматонов от силы, но есть еще мотор Браска, да и другие насущные проблемы.