Сжать РУС, разбег. Все у нас получится!
Глава 6
— Что такое аэродинамика? Почему самолеты летают именно так, как летают?..
Я помню, как совсем маленьким сидел и слушал рассказы деда на эту тему. Про то, как еще в 1904 году Николай Егорович Жуковский выпустил первые работы о циркуляции воздуха вокруг крыла, которую уже скоро на практике свели к четырем основным показателям: плотность этого самого воздуха, скорость встречного потока, площадь крыла и коэффициент подъемной силы. Как просто. После были гений Прандтля, уточнения вихревых потоков на лопатках турбовинтовых двигателей, сверхзвук и много всего другого, но база оставалась неизменной.
Воздух — на него я повлиять не мог, встречного ветра или более мощного двигателя, чтобы ускорить его поток, тоже не было. Площадь крыла можно было бы в теории нарастить закрылками, правда, не тогда, когда «Десятка» уже набирала скорость по улицам Ковно, но… Я мог немного поднять передний край нижнего крыла. А коэффициент подъемной силы до определенного значения был прямо пропорционален этому углу. То есть всего лишь десяток градусов вверх, и я сокращал время набора подъемной силы… Пусть не в разы, но очень много!
— Половина, — донесся дрогнувший голос Рокоссовского.
Кажется, он вспомнил, сколько мы разгонялись в прошлый раз. Вот только тогда на сотне метров у меня дай бог только хвост начал подниматься. А сейчас мы фактически летели, уже не замечая ям на дороге. В принципе, можно было уже пробовать отрываться от земли, но я решил действовать наверняка. Еще сотню метров мы набирали скорость и подъемную силу, и только потом я потянул РУС. И еще сразу надавил на левую педаль, чтобы компенсировать гироскопический рывок «Гнома». Уже почти привычный маневр.
— Да-а-а-а-а! — радостно закричал Рокоссовский.
Кажется, ефрейтор начал понимать, что такое полеты и почему их можно и нужно любить. Я повернулся назад, провожая взглядом Ковно и желая удачи защитникам крепости, а потом снова сосредоточился на самолете. «Гном», как обычно при наборе высоты, тянул вправо, и нужно было постоянно подруливать, удерживая «Ньюпор» на прямой. Я вывел нас к Неману, но почти сразу пришлось забирать в сторону почти на двести метров.
Над рекой было уж слишком много зон турбулентности, где воздух так и гулял, а повышенная влажность только усугубляла ситуацию… Ротативный двигатель на такое реагировал сразу, то захлебываясь, то, наоборот, начиная подвывать. Еще и расход топлива мог бы оказаться неприятным, а то и смертельным сюрпризом для неопытного пилота. К счастью, с полными баками я мог не обращать внимания на подобные мелочи.