— Поуважительнее к аэропланам, которые закупались за огромные деньги.
— Когда это еще было. А сейчас это табуретка с крыльями. Вы что, их не видели ни разу? На самом деле же табуретка. И, главное, пользы для разведки ноль. На ней километров на пятьдесят улетишь, и то счастье. А что на таком расстоянии разведывать?
— Так чего вы от меня хотите? — раздражение сменилось спокойствием.
— Самолет. Пусть жандармерия, контрразведка или кого вы там еще представляете выпишет мне новый самолет.
— Вы мне условия ставите?
— Забираете мой, давайте новый, — Крылов уперся.
А ведь он летал сегодня в два раза дольше других, учудил самый настоящий подвиг — надо же, самолет прямо из-под носа немцев угнал, ноги дрожат, сам стоит, качается, но не сдается. В какой-то мере это вызывало уважение и интерес: а что еще он вытворит, когда в следующий раз выберется в небо?
— Хорошо, — решился Котик и кивнул своей помощнице, чтобы подошла поближе. — Завтра Эмилия к вам подойдет со списком свободных аэропланов в других авиаотрядах. Сегодня было много смертей, возможно, что-то и освободилось, что получится для вас выделить.
Крылов на мгновение побледнел — неужели и его можно чем-то зацепить? Не успел Котик додумать эту мысль, как пилот покачнулся и начал заваливаться набок. Если бы не подхватившая его Эмилия, то так бы и рухнул на землю.
— Кажется, мне нужно немного поспать, — он даже успел улыбнуться и пошутить напоследок. Одно слово, летчик.
Глава 21
Лежу, нюхаю сено.
Котик оказался нормальным мужиком: пообещал самолет и, когда я немного уснул на ходу, даже организовал доктора, чтобы меня осмотреть, а потом и доставку на аэродром. В итоге я оказался на месте еще даже до того, как стемнело. И что самое забавное, одновременно со мной, только из Волковыска, на точно такой же телеге приехали и Орлов с Марковым. Живые… Голова графа была замотана в бинты, но он не обращал на это особого внимания, а корнет и вовсе сиял, словно начищенная медаль.
— Иван Андреевич! — меня тоже заметили, и Марков сразу бросился к моей телеге. — Вы целы?
— Да, немного сморило, вот мне и организовали транспорт.
— А мы из госпиталя. Самолет графа сбили, его самого посекло при посадке, но я вернулся и его забрал, — Марков хвастался так ярко и искренне, что я невольно улыбнулся.
— Чего же он тогда так зол? — спросил я, глядя, как Орлов развернулся к нам спиной и молча похромал в сторону кают-компании.
— Это из-за того, что я приказ нарушил, — засмущался Марков. — Он же повторял, причем несколько раз: в случае чего не возвращаться, а любой ценой доставить информацию.