Начал, патроны совсем не экономит. В двухмерном пространстве у меня не было бы и шанса. Влево — рано или поздно пулемет бы меня догнал, вправо — сам бы нарвался на очередь. Но мы были в небе, где можно лететь куда угодно. Вверх — медленно, вниз — быстро. Я потянул РУС вперед, ускоряясь и снова уходя из-под вражеского огня.
Второй раунд тоже за мной. Вот только в ленте «Фоккера» то ли двести пятьдесят, то ли все пять сотен патронов. Бой еще далеко не закончен.
Глава 19
Держу РУС, веду его вперед и вниз, ловлю момент, когда ручка начнет подрагивать, предупреждая о мгновении до того, как самолет свалится в штопор. В моменте приходит осознание: а бой все-таки совсем не такой, каким я представлял его на земле.
Гораздо-гораздо тяжелее в плане напряжения и ответственности за ошибку. Даже мое наработанное годами спокойствие, такое чувство, проходится по грани. Но в то же время опасные моменты — это не поток, а волны. Даже без случайностей вроде заклинившей ленты пулемета сражение в воздухе разбивается на эпизоды.
Вот враг подбирает высоту и дистанцию, словно коршун, примеривающийся к добыче. Потом наскок — очередь, и мы расходимся каждый в свою сторону. Он пытается навязать свой рисунок боя, чтобы лишить даже возможности уклониться, пытается, но пока не показывает ничего неожиданного, чтобы я не смог это просчитать.
Уход, разрыв дистанции. А вот и совсем новый прием. Немец ушел на восток, перекрывая путь к отступлению, и начал набирать высоту. Все больше и больше, словно не заботясь, что я воспользуюсь моментом и сбегу. И он прав. У меня не осталось лишнего топлива, чтобы давать крюк через немецкий тыл. А «Фоккер» уже развернулся и только теперь пошел вниз.
Очень хороший рывок: он давал ему скорость, давал возможность за ее счет нивелировать почти любые мои маневры. Очень умно, вот только «почти» не считается… Я сам никогда не видел ничего подобного, но столько слышал, столько читал. Поэтому в нужный момент, почти не думая, тоже начал спускаться. Классическая защита от пикирования: если ты медленнее врага, уходи к земле. Слишком низко и слишком быстро в это время — верная смерть.
Даже «Фоккер» со своим скелетом не из дерева, а из сваренных стальных трубок, не сможет выбраться из такого пике, если оно будет заканчиваться достаточно низко. Выход — замедляться. А как может замедлиться самолет, уже набравший скорость? Даже полностью вырубить двигатель уже точно не поможет, надо резать угол атаки, выравниваться и… Почти пять минут подготовки, десятки литров сожженного топлива, и немец сам ушел в сторону, так и не выпустив ни единой пули.