— Сколько их там? — спрашиваю я.
— Где? А… Семеро, — говорит она, — вместе с мамой. Отца нет. Живут на пособия. И Олеся подрабатывает… Пишет статьи в интернет. Вот только плохой он тут…
— Решим, — киваю я.
Выезжаю на трассу, рулю, поглядывая на свою пассажирку. Она после общения с детьми явно оттаяла, сидит, улыбается.
И улыбка эта невероятно ее красит. И без того глаз не оторвать, а сейчас и вовсе на дорогу смотреть не получается.
28. Время и место
Такая жесткая, душная даже атмосфера в машине, никак не получается расслабиться, отвлечься. Уговорить себя, что все в норме, все — обыденность.
Зевс, кстати, вообще не помогает. Его присутствие — невероятно тяжелое, обволакивающее. Я ведь уже и забыла, какой он.
Насколько мощным может быть эффект от его молчания. От взглядов, которые он, словно бы невзначай, бросает в мою сторону.
Эти тягучие, длинные, внимательные волны скользят ко мне, обнимают, ощупывают… Черт, да это же реально! Словно прикасается! Физически!
У меня губы сохнут фантомным поцелуем. Воспоминанием того, что было недавно на дороге. На глазах у других людей.
И щеки горят.
Никуда не годится такое! Никуда!
Мне надо прийти в себя, надо как-то суметь настроиться на нужный лад. В конце концов, что такого произошло?
Ничего же…
Ну, встретились, ну, поцеловались… Почему нет? Мы, в конце концов, много часов в постели провели. И расстались без скандалов и стресса…
Мы не любовники, конечно, но и не чужие…
Вот, Зевс даже помощь мне оказывает. Как… Эм-м-м… Друг. С привилегиями, ага…
Господи, цирк какой в голове.
Мне бы о другом думать, а я все о сексе. Ощущение такое, что присутствие большого мощного мужчины, мужчины, с которым у меня уже был секс и этот секс мне понравился, что-то сдвинуло в моей глупой голове.
Или так еще раньше все сдвинулось?
Когда я позволила ему трахать себя в сауне?
И не только в сауне?
Спохватившись, с огромным трудом блокирую радостно проявившиеся в голове картинки того, что делал со мной Зевс Громовержец в постели, снова отлавливаю внимательный взгляд в свою сторону, отворачиваюсь, не сумев удержать судорожного выдоха.
Не помогает!
Вообще никак!
Провоцирует только, бессовестный!
Сидит, весь такой вальяжно-уверенный в себе, лениво рулит, пальцы эти… О-о-о… Дурочка, Тинка… Дурочка…
За окном бесконечный ельник и слякоть такая, что не понять, мы плывем или едем.
Стараясь отвлечься, упорно смотрю на чертовы елки и, когда машина, чуть вильнув в сторону, резко тормозит, не сразу понимаю, что произошло.
Просто машинально хватаюсь за поручень, чтоб не унесло в лобовое. Не пристегнулась еще!