— Ир, послушай, если ты думаешь, что я... — начала я, но она подняла руку, останавливая меня.
— Кать, не надо. Я все видела. Он на тебя смотрит. Весь вечер. Не на меня. На тебя.
Я открыла рот, чтобы возразить, но она перебила:— Я серьезно. Я не слепая и не глупая. Он приходил не чай пить. Он приходил убедиться, что ты в безопасности. Он смотрел на тебя так, как смотрят на женщину, которую... ну, в общем, ты поняла.
Я почувствовала, как щеки заливает краской. Сердце забилось быстрее, но я заставила себя взять эмоции под контроль.
— Ир, ну о чем мы вообще говорим? — я попыталась улыбнуться, но вышло натянуто. — Это просто разговоры, просто взгляды! Он вежливый человек, участковый, ему положено проявлять участие. Это еще вообще ни о чем не говорит!
— Кать, — Ира покачала головой, — ты сама-то в это веришь?
— А что тут верить? — я развела руками. — Ну посмотри на меня: разведенка с ребенком, с кучей проблем, с бывшим мужем-психопатом. Кому я такая нужна? А ты — свободная, красивая, веселая. Если он на кого и должен смотреть, так это на тебя.
Ира вдруг громко фыркнула, чуть не рассмеявшись.— Ой, Кать, не смеши меня. При чем здесь «разведенка с ребенком»? Ты себя в зеркало видела? Ты красивая, умная, ты приют подняла, ты ребенка замечательного растишь. А я... — она махнула рукой. — Я просто подруга. Веселая, да. Но мужикам нужны не только веселые. Им нужны такие, как ты. Стержневые.
Я растерянно смотрела на нее.— Ир, ты чего? Ты себя недооцениваешь...
— Нет, Кать, это ты себя недооцениваешь, — перебила она. — Я двадцать лет мужиков изучаю. Я знаю, когда на меня смотрят с интересом, а когда — просто вежливо. На меня он смотрел вежливо. А на тебя... — она покачала головой. — На тебя он смотрел так, будто ты единственная женщина в комнате.
Я молчала, не зная, что сказать. Внутри все смешалось — растерянность, неловкость перед подругой и где-то глубоко, в самом уголке души, предательское тепло от ее слов.
— Ир, даже если так... — начала я.— Даже если так, — перебила она, — то я принимаю это. По-хорошему.
Я подняла на нее глаза. Ира смотрела на меня, и в ее взгляде не было обиды. Только усталость и... облегчение? Странно.
— Ты чего? — прошептала я.
Она вдруг шагнула ко мне и обняла. Крепко, как в детстве, когда мы были девчонками и делились секретами.— Кать, я уступаю, — сказала она мне в плечо. — По-настоящему. Ты заслужила.
Я попыталась отстраниться, заглянуть ей в глаза.— Ир, ты с ума сошла? Никто никому не уступает. Если он тебе нравится, если у вас может что-то быть...
— Не может, — перебила она, отстраняясь и вытирая глаза. — Ты видела, как он на меня смотрел? Как на мебель. Удобную, нужную, но мебель. А на тебя — как на... ну, ты поняла. Я не собираюсь бороться за мужика, который выбрал не меня. Это унизительно.