Отодвинувшись, он примирительно и подобострастно улыбнулся, убирая руки: — Если эта девица приглянулась Вашему Высочеству, как я посмею встать у вас на пути? Уступаю её вам с великим почтением.

— Вот и славно, — холодно обронил Каллум.

Он держал меня так, словно понятия не имел, какая именно женщина бьётся в его руках. Его голос оставался безразличным и ровным: — На сегодняшнюю ночь её будет вполне достаточно. Господа, прошу вас, проходите вперёд.

Только сейчас, сквозь пелену паники, я заметила, что за спиной принца стоят двое мужчин средних лет. Судя по их строгим, хоть и гражданским одеждам, это были высокопоставленные столичные чиновники, выбравшиеся на тайную ночную прогулку.

Оказавшись в ловушке, из которой не было выхода, я даже не успела придумать план побега. Каллум крепко перехватил меня за плечи и властно увёл вверх по деревянной лестнице. Мы вошли в богато убранные покои, стены которых были сплошь покрыты золотой резьбой. Свечи в массивных канделябрах вспыхнули ярким пламенем, заливая комнату светом, отчего жемчужные занавески запереливались ослепительным блеском.

За шёлковой ширмой уже сидел музыкант. Из-под его пальцев полились чарующие, безупречные звуки цитры, напоминающие рокот чистой горной реки и крик феникса.

Каллум вальяжно опустился в кресло напротив чиновников, налил себе кубок вина и лениво перевёл взгляд на меня, застывшую в своём золотом прозрачном платье: — Как твоё имя?

Он спросил это так буднично, словно действительно видел меня впервые.

Впрочем, неужели в таком виде — с плотным слоем белил, яркими румянами и скрывающим лицо газовым платком — меня вообще можно было узнать? Я впервые в жизни чувствовала себя настолько связанной по рукам и ногам. Под его пронзительным, сканирующим взглядом я не смела даже поднять головы, мечтая лишь об одном: поскорее сбежать отсюда и отыскать служанку Элену.

Но я не могла пошевелиться. И уж тем более не смела издать ни звука. Этот незнакомый, холодный взгляд Седьмого принца весил больше, чем железные кандалы Алой Канцелярии, намертво пригвождая меня к полу. В голове царил полнейший хаос. Худшей ситуации и нарочно нельзя было придумать.

Вдруг губы Каллума тронула понимающая, слегка насмешливая улыбка: — Ах, так она ещё и немая.

Чиновники многозначительно переглянулись. Тот, что был помоложе, взволнованно кашлянул и, подавшись вперёд, негромко заговорил: — Ваше Высочество… Мы пошли на огромный риск, явившись в это злачное место, дабы обсудить с вами дела государственной важности. Мы пришли сюда вовсе не для того, чтобы предаваться плотским утехам с девками…