В следующую секунду я резко притянул Элару к себе и крепко обнял, прижав её спиной к своей груди. Мои руки сжались вокруг неё так сильно, что она не могла пошевелиться.
— Вырезать их всех, — абсолютно спокойно, ровным голосом скомандовал я своим теням.
И в ту же секунду, когда мои гвардейцы взмахнули мечами, я резким движением взметнул край своего тёмного плаща, надёжно укрывая Элару от брызг хлынувшей чужой крови. Мой мир принадлежал только ей, а этот грязный скот заслуживал лишь одного — удобрять своими телами камни моего двора.
Глава 20
Юлиан Валериус
Дворцовая стража действовала оперативно: внутренние залы и подступы к Чертогу Пурпурной Славы были зачищены, а тела убитых десятками грузили на телеги, запряжённые волами. Большинство погибших оказались наёмниками, ведомыми лишь жаждой наживы, но среди трупов хватало и других лиц.
Впрочем, какое это теперь имело значение? Поняв, что выхода нет, обезумевшие «бунтовщики» в суматохе «случайно» прикончили нескольких ключевых доверенных лиц Императрицы и самого Императора. Вполне объяснимая трагедия во время штурма, не так ли?
Сам Император Октавиан был смертельно слаб. Потрясённый до глубины души предательством старшего сына, он немедленно слег и приказал перевезти себя в Элизийский дворец, расположенный к северу от Императорского города. Это так называемое «восстановление сил» больше походило на поспешное, трусливое бегство загнанного-животного. Даже самый свирепый волк рано или поздно стареет, теряя клыки. В этой игре на обоюдное уничтожение между отцом и сыном Октавиан заплатил слишком высокую цену.
В полумраке чертога Элизийского дворца я преклонил колено, честно и прямо чеканя слова: — Ваше Величество, я вошёл во дворец с войсками, не имея на руках указа от всех трёх ведомств. Я грубо нарушил военную дисциплину и смиренно прошу о наказании.
— Единственным намерением молодого генерала было спасение моей жизни, это более чем простительно. Я освобождаю тебя от любой вины.
Из-за тяжёлой ширмы показался бледный силуэт Императора. Его голос звучал хрипло, истомлённо: — Сегодня этот безумный выродок Даэн обещал чины и земли, дабы переманить на свою сторону Северный гарнизон Люциана Кроу и вынудить меня отречься от престола во время Зимнего Фестиваля. К счастью, благодаря генералу Валериусу и его дочери, которые рисковали жизнями ради моей защиты, я сумел пережить это бедствие. Моё сердце помнит этот подвиг, и я щедро награжу столь верных и праведных подданных!
Я сразу понял, что это наш лучший, возможно, единственный шанс. Украдкой я скосил глаза на отца, стоявшего рядом со мной.