Только теперь, присмотревшись, я заметила, что после суток непрерывных дел в Алой Канцелярии на его безупречной коже проступила едва заметная, синевато-серая щетина.

Этот мужчина становился всё более требовательным и капризным. Мало того, что я должна была раздевать его и согревать его постель, так теперь мне приходилось выполнять обязанности его личного цирюльника и брить ему бороду! Неужели все те многочисленные слуги в его резиденции существуют лишь для мебели?

Несмотря на мысленное ворчание, я добродушно взяла со стола холодный клинок и придвинулась ближе.

Расстояние между нами сократилось настолько, что я растерялась, не зная, с какого боку подступиться.

— И как мне это сделать? — совершенно искренне поинтересовалась я. В прошлой жизни мне никогда не доводилось выполнять для него столь интимную, доверительную работу.

Каллум коротко цыкнул языком и указал на небольшую шкатулку из белого камня, заранее приготовленную на подносе неподалёку:

— Сначала нанеси смягчающий бальзам, моя госпожа. Только потом принимайся за лезвие, иначе порежешь.

Эта процедура подозрительно напоминала...

Всё дело было в том, что этот замок слишком сильно походил на его резиденцию из моего прошлого. Сама обстановка пробуждала во мне старые воспоминания, то и дело заставляя воскрешать в памяти картины непозволительной, жгучей близости.

Я плотно сжала губы, послушно зачерпнула пальцами ароматное масло, согрела его в ладонях и принялась аккуратно втирать в его слегка шероховатую кожу на подбородке. Затем, затаив дыхание, я поднесла клинок и начала медленно сбривать волоски.

Я действовала с предельной осторожностью и абсолютной серьёзностью. Мы успели очистить лишь половину, а по моей спине от жуткого напряжения уже катились капли пота.

Внезапно я наткнулась на его прямой, глубокий взгляд. От неожиданности я вздрогнула.

Когда Каллум смотрел на меня так — неотрывно, пронзительно, проникая в самые потаённые уголки души, — мои руки начинали предательски дрожать. Поняв, что могу причинить ему боль, я отложила кинжал в сторону и беспомощно выдохнула:

— Ты так пристально смотришь на меня... Я просто не могу продолжать.

— Если моя госпожа действительно мечтает сбежать обратно в свой тихий дом, то лучшего шанса тебе уже не представится, — внезапно произнёс Каллум. Его голос упал до едва различимого, зловещего шёпота.

Я растерялась, не понимая, к чему он клонит:

— Что?

— Кругом ни души. Если ты сейчас поддашься порыву и вонзишь это лезвие мне в горло, твои шансы на успех будут невероятно велики, — Каллум внезапно железной, неодолимой хваткой перехватил мою руку, силой заставляя мои пальцы вновь сжать рукоять кинжала. Медленно, с пугающей плавностью он повёл мою ладонь вверх, пока холодная сталь не упёрлась прямо в его мерно вздымающийся кадык.