Я перехватила микрофон, расправила плечи, вскинула подбородок.
– Господа, если вы перестанете теснить меня к дверям гостиницы, поверьте, я быстрее отвечу на ваши вопросы.
Толпа притихла.
– Благодарю за микрофон. – Взмахнула железякой и очаровательно улыбнулась. – Давайте по порядку. За сплетни и досужие разговоры по поводу какого-то нелепого акта насилия, произведённого бывшим супругом, мне кажется, следует уточнить, что будет касаться этой темы – будет караться преследованием законом. Потому что это клевета, ложь и происки врагов. Что касательно раздела “Корники” или “Лидала” – холдинг не делится. Даже несмотря на то, что владельцами фирм будут являться абсолютно разные люди. Что касательно каких-либо действий в отношении моего бывшего супруга, – я оскалилась, не давая повода для того, чтобы потом фамилию Суворова трясли как грязное белье. – Я не представляю, какие могут быть ответные действия по отношению к человеку, с которым я прожила на протяжении двадцати лет в счастливом законном браке. С которым я родила двоих детей. Поэтому все домыслы и ложная информация относительно каких-то заявлений не имеют под собой никакого основания и будут разнесены нашими адвокатами в ближайшем времени.
Мне казалось, что я сейчас не оправдывала Рубена, а защищала себя. Потому что это закономерно, что если я сейчас расплачусь, убегу – все и так будут знать, что произошло. А сейчас, пока у журналистов есть какие-то ниточки, может быть, где-то сделанные скрины заявления, хотя в принципе это тоже можно выцепить и ещё написать заявление о клевете и о подлоге бумаг.
– Александра, но у нас есть достоверная информация…
– Ваша достоверная информация называется дезинформация. – Высокомерно произнесла я, вскидывая повыше подбородок. – Если вы продолжаете собирать сплетни из жёлтой прессы, то я не понимаю, в чем ваше отличие от неё. Я так понимаю, канал “Семейный”, который желает получить моё интервью относительно моего развода – не будет акцентировать своё внимание на слухах и порочащей честь и достоинство информации.
Журналисты притихли. Одна особенно мерзкая, в голубой кофточке с вязанной рюшей по воротнику, вылезла вперёд.
– Александра, у нас есть доказательства того, что произошедшее накануне сегодняшнего дня было правдой.
– Вы всегда можете эту правду уточнить у моих адвокатов. Но в этом же случае мои адвокаты тоже захотят уточнить, где и когда вы получили ту или иную информацию. Даже если бы какое-либо заявление было, то каким образом вы могли его забрать из правоохранительных органов?