— И как же это можно сделать, если они прячутся?.. — начал было Телемах, но осекся. Наконец он догадался, к чему клонит Артемисия. — Думаешь, эти штуки поставили, чтобы привлечь наше внимание?

— Всë может быть… — задумчиво протянула девушка. — Они не просто так напоминают гермы… Мне кажется, что за всем этим стоит кто-то хорошо знающий обычаи Эллады…

— Но ведь такие штуки невозможно поставить без прямого повеления сатрапа или самого царя! Сразу понятно, что это западня! Да и что мы можем понять, глядя на этого истукана? Бессмыслица!

— Сейчас узнаем… — Артемисия нагнулась и стала тщательно осматривать основание столба.

Телемах, поначалу скептически наблюдавший за ней, в конце концов не выдержал, уселся на корточки и присоединился к поискам.

Они тщательно обшарили весь столб сверху донизу. Ничего… Телемах разочарованно поднялся и брезгливо отряхнул ладони. Но Артемисия не унималась. Видимо, очень не хотела признавать свою ошибку.

— Дай мне нож! — потребовала она, пытаясь разгрести землю у основания столба.

— Ты же его испортишь! — запротестовал спартанец.

Но девушка продолжала настойчиво тянуть руку, и Телемах сдался. Он со вздохом вытащил кинжал из ножен, крутанул его, перехватив за острие, и протянул Артемисии.

Она схватила кинжал и воткнула в землю. Телемах скрипнул зубами.

— Ага! Смотри!

Спартанец опять опустился на корточки, и они чуть не стукнулись лбами. Их лица оказались совсем рядом. Телемах на мгновение замер, ошеломленный такой близостью. Он невольно качнулся, и его щека коснулась щеки Артемисии. Она отпрянула и схватилась за подбородок.

— Какой ты колючий! — проворчала девушка, продолжая раскапывать землю.

Телемах растерянно коснулся своего подбородка и моргнул.

Наконец он заметил, что привлекло внимание Артемисии: на столбе, сзади, у самого основания явно виднелся потрескавшийся слой глины, словно ею было что-то замазано…

Недолго думая, Артемисия воткнула кинжал в трещину и сковырнула толстый слой глины.

— Не смей! — возмутился Телемах и попытался вырвать кинжал из рук девушки, но она хлопнула его по руке.

— Не мешай!

Телемах с трудом подавил желание дать ей оплеуху. Лишь стиснул зубы и болезненно сморщился, глядя, как острие кинжала крошит желтую глину.

Наконец Артемисия закончила расширять отверстие. Прикусив от напряжения губу, она старалась подцепить ногтями какой-то предмет, спрятанный в узкой щели внутри столба. В конце концов ей это удалось, и она вытащила небольшой глиняный черепок наподобие тех, что использовались когда-то в Афинах при остракизме.

Растерянно хлопнув глазами, она посмотрела на Телемаха.