Бесс проводил их в небольшую глинобитную хижину на окраине. Уже на пороге Артемисия уловила аромат жареного мяса, и живот нетерпеливо заурчал в предвкушении долгожданного ужина.

Артемисии стоило больших трудов сдержаться и не наброситься на еду. Но она знала, что следует есть понемногу: горстка вареного нута, половина пшеничной лепешки и куриная ножка. Более чем достаточно…

После сытной трапезы на Артемисию навалилась сонливость. Но всё же она не удержалась от вопроса:

— А здесь можно где-то умыться или принять ванну?

Бесс озадаченно почесал растрепанную бородку:

— Умыться?.. Но ведь ночь на дворе.

— И что? Ночью вода не смывает грязь? — к Артемисии вернулись дерзость и задор.

— Эээ… Но… — растерянно промычал перс. — Если служанки сумеют рассмотреть твое лицо, они сразу поймут, что ты эллинка.

— Я справлюсь сама!

— Точно? — хмуро переспросил Бесс. — Ну ладно… Пошли.

Артемисия призывно глянула на Телемаха и пошла за персом. Секунду поколебавшись, Телемах крякнул и последовал за ними.

Бесс привел их в маленький дворик, окруженный высокой стеной.

— Тут вас никто не потревожит. И здесь есть всё, что надо, — перс указал на несколько больших глиняных кувшинов, стоящих на лавке возле стены.

— И это всё? — удивилась девушка.

— А что вам еще нужно?

Артемисия растерянно поглядела на Телемаха и сказала:

— Ну… принеси нам хотя бы сухого холста, чтобы вытереться.

— Хорошо.

Артемисия глянула внутрь большой глиняной бочки, напоминавшей пифос. Он был до половины наполнен водой. Девушка опустила внутрь ладонь и поморщилась.

— Холодная, — пожаловалась она Телемаху.

Но тот отмахнулся:

— Главное, что чистая.

— И как будем мыться?

Телемах поднял с лавки кувшин с отколотым носиком и кривой ручкой.

— Ты можешь залезть на лавку и полить меня из кувшина.

— А как мне помыться? — озадаченно моргнула девушка.

Телемах развел руками:

— Я могу полить тебя.

— Но мне же придется раздеться… — Артемисия ощутила, как краска заливает ее лицо.

— Я закрою глаза, — пожал плечами Телемах. — Или можешь обтереться губкой, — спартанец указал на какую-то рваную тряпку на лавке возле кувшина.

— Фу! — девушку передернуло.

Телемах окунул кувшин в бочку и протянул Артемисии.

— Не тяжело?

— Нормально… — пробормотала она, обхватив обеими руками щербатые глиняные бока.

Повернувшись к девушке спиной, Телемах быстро сбросил одежду. Она старалась не смотреть на него, но ее взгляд то и дело скользил по широким плечам, мускулистым рукам и крепкой спине. Под кожей, покрытой ссадинами и рубцами, перекатывались мышцы.

— Ну? Чего ты ждешь? — голос Телемаха вывел ее из оцепенения. — Давай, лей!