Пока колдун творит угодную злу магию, ему служат разные мелкие бесы: шутики, шишки́, черти, злыдни. Эти работники не только готовы выполнить для колдуна любую работу, лишь бы навредить людям, но даже требуют ее. Причем безработные бесы начинают доставать самого колдуна и даже могут замучить его до смерти. Поэтому чародеи стараются придумать своим слугам разные трудновыполнимые или бессмысленные задания, например пересчитывать хвоинки в еловом лесу, вить веревки из песка, взвешивать дым или носить воду в решете. В ином случае придется натравливать бесов на людей или страдать самому.

Среди слуг колдуна встречаются также упыри, то есть поднятые им «заложные» покойники. Их чародей использует, чтобы отомстить, и направляет в дома недругов. Служат колдунам и оборотни-волкодлаки, то есть люди, которых сам же чародей превратил в волков, и без его воли они обратно в людей перекинуться не могут, поэтому вынуждены отслужить положенный срок.

Сами колдуны тоже обладают способностью к оборотничеству и могут превращаться в любое время и по собственной воле не только в волков, но и в других животных и птиц: в собак, крыс, воронов, сов и т. д. Эта же способность есть и у ведьм, но из всех живых существ ведьмы предпочитают обличье кошки или сороки. Считается, что эти живые существа наиболее близки ведьме по духу.

Злодейский характер славянского колдовства связан не только с тем, что колдун обязан служить злым силам или сатане, но и с тем, что сами люди часто использовали способности колдуна далеко не для благих целей. Митрополит Фотий в своем послании к новгородцам (1410) дает такое наставление церковным властям: «…учите (прихожан), чтобы басней не слушали, лихих баб не приимали, ни узлов, ни примовленья, ни зелиа, ни вороженья»97.

Речь идет не только о необразованных крестьянах, колдовство охотно использовали в своих целях представители всех сословий Русского и Российского государства. Об этом есть множество исторических свидетельств. Под 1570 годом в Псковской летописи есть интересное свидетельство о том, что Иван Грозный по возвращении из Ливонского похода приблизил к себе «немчина лютого волхва, нарицаемого Елисеем, и бысть ему любим». Речь идет о медике, голландце Бомелие. Он якобы навел на царя «страхование» (боязливое недоверие к своим), «на русских людей царю возложи свирепство, а к немцам на любовь приложи»98.

Вера в колдовство была сильна не только в древности, но и в XVII–XVIII веках. Так, о Василии Шуйском ходили слухи, что он охотно пользовался услугами колдунов, чтобы упрочить свое положение на престоле. Собранные Шуйским для колдовских целей будто бы ведуны вырезали сердца лошадей, вынимали плод у беременных женщин и творили заклятия, напуская порчу на поляков. Когда действовало это колдовство, войска Василия Шуйского одерживали победу, а когда чары развеивались, то одолевали поляки99.