Августа Виктория получила два имени. Одно в честь матери, второе в честь английской бабушки, чтобы подчеркнуть традиционную связь королевских домов. Как это казалось нерушимой традицией в 1894-м, и как же это выглядело наивно сейчас, в 1914-м. Всего двадцать лет, но насколько же изменился мир.

Впрочем, в чем-то Августа была этому даже рада. Ее старшая сестра была желанной и долгожданной дочерью, которой достались последние капли любви стареющих родителей. Ей же полагались только учителя, учебники и бесконечная зубрежка, чтобы дом получил заслуживающую его уровня невесту. Если бы не война, скорее всего, ее бы уже выдали за какого-нибудь графа Мекленбургского или герцога Брауншвейгского, но вот уже второй год гремят пушки, а она свободна.

Настолько, что, узнав, как дочки русского царя Николая, эти зазнайки Ольга и Татьяна, поехали на фронт поддерживать армию, она тоже выбила себе такое же разрешение. Отец просто поддержал ее порыв, старик Гинденбург встретил в Лётцене и попытался отговорить, но… Она настояла. Поехала в прифронтовой госпиталь в Сувалки, где раздала раненым подарки, а потом узнала про новый аэродром совсем рядом.

Русские, по всем донесениям, отступили, так что ни приставленный к ней оберст-лейтенант Кранц, ни командующий полевым авиаотрядом гауптман Хаузер не смогли найти причин ей отказать. И это оказалось одним из лучших решений за последнее время. Единственная неудача: на месте не оказалось Ночной Ведьмы, с которой Августе очень хотелось познакомиться лично. Зато она увидела других немецких пилотов, посидела в новейших самолетах, один из которых для нее даже завели, чтобы она успела ощутить всю ту мощь, что поднимает его в небеса, а еще прямо у нее на глазах начался самый настоящий воздушный бой.

Сначала в небе просто мелькнули черные точки, потом она услышала грохот выстрелов и наконец… Два самолета, один с крестами, другой с красно-сине-белыми кругами на крыльях, оказались совсем рядом. В небе крохотные, словно игрушки брата Вильгельма, но Августа уже знала, какие они на самом деле большие, грозные, опасные.

— Господин оберст-лейтенант фон Кранц… — девушка при общении с сопровождающими старалась следовать примеру отца. Держать дистанцию, быть вежливой, не забывать про то, что звания и титулы — это повод для гордости.

— Принцесса? — а вот Кранц предпочел использовать краткую форму ее титула. Впрочем, его тоже можно было понять: привезти дочь кайзера пусть к сражению в небе, но все равно сражению — за такое может и прилететь.

— Расскажите, почему наш аэроплан стреляет, а русский нет?