Судя по тому, как замирает на моем животе огромная лапа Зевса Виталика, до него тоже эти изменения в мизансцене доходят.
— Это что еще, блядь? — глухо рычит он, а затем поднимается.
Мой организм тут же коротко жалеет о потере тепла и безопасности, которое давал все это время Зевс, но я не позволяю разгуляться этому ощущению, поворачиваюсь на другой бок и смотрю, не без удовольствия, надо сказать, как мой любовник натягивает штаны на крепкий поджарый зад. Это — очень залипательное зрелище, да-а-а… И хочется посмотреть, как он раздевается, а то как-то все без этого кино обходилось наше общение до сих пор…
Зевс матерится на то, что штаны мокрые, потому что кое-кто в них прямо в душ забрался, а потом тупо скинул на пол, вместо того, чтоб просушить, а затем, коротко поцеловав и приказав не беспокоиться и еще поспать, выходит за дверь.
Я валюсь на спину и пару минут борюсь с соблазном, поступить именно так, как мне приказали. Такая нега во всем теле, такое блаженство… И еще поспать — это невероятный кайф, да.
Но, посмотрев на время, обнаруживаю, что уже поздно. И надо бы, во-первых, посмотреть на мамочку с малышкой, во-вторых, поесть. И, в-третьих, решить вопрос о транспортировке меня домой.
Метель кончилась, явно кто-то приехал в гости… Верней, прилетел. А это значит, что метель кончилась довольно давно.
Значит, девочек скоро отправят в больницу, и это правильно. Это необходимо. Я, конечно, не вижу никаких проблем, но я — не узкий специалист. К тому же, есть кое-какие процедуры, которые выполняются в роддоме.
Моя задача, спокойно их отправить туда. И спокойно потом уехать к себе.
Отличный уик-энд получился, да.
Я даже довольна, несмотря на то, что привезли меня сюда не особо бережно.
Хозяин дома искупил вину за своих подчиненных.
А мне задерживаться не стоит.
Поднимаюсь, быстро принимаю душ, одеваюсь.
И иду первым делом к Василисе и Алисе.
Дверь приоткрыта, слышу мужские голоса, причем, один голос — Зевса, а второй — незнакомый.
Торможу, думая, что, наверно, не вовремя…
Хотя, в любом случае, надо зайти. И вообще… Что за проходной дом тут у них? К новорожденной, без прививок, пускать посторонних людей?
Нельзя так.
Захожу и прямо-таки в удивлении замираю на пороге.
Потому что в комнате — полно народу.
Василиса полулежит на кровати, перед ней — поднос с едой, рядом сидит Лешенька и смотрит то на Василису, то на еще одного, нового для меня человека, находящегося сейчас в комнате.
С этого же человека не сводят взглядов Генечка, стоящий рядом с кроватью Василисы, спиной к окну, опираясь на подоконник, и Зевс Виталик, сидящий в кресле напротив.