— Ваше Высочество обладает непревзойдённой, исключительной красотой. Разумеется, созерцать тебя — истинное удовольствие для глаз.

Таких слов он точно никогда не слышал от меня в те времена, когда звался безродным слугой Вейном Троем.

— В таком случае подойди ближе и рассмотри всё как следует, — Каллум горько, почти безумно усмехнулся и одним уверенным движением распустил завязки брюк. Его узкая талия и длинные ноги пришли в движение; в густом тумане промелькнул тёмный силуэт, заставив мои пальцы судорожно дрогнуть.

Я поспешно отвернулась, чувствуя, как щёки заливает жгучий жар. Даже пройдя через две жизни, созерцание этой его интимной наготы по-прежнему заводило моё сердце в бешеный, испуганный ритм.

Каллум же повёл себя так, словно меня здесь вовсе не существовало. Он лениво перешагнул через бортик купели, и тихий всплеск воды эхом разнёсся по комнате, заставляя клубы пара колыхаться. Он опустился в горячую воду, небрежно закинув сильные, мускулистые руки на белокаменный край купели и слегка приподняв подбородок.

Стоило засохшей крови коснуться воды, как от его тела побежали бледные алые разводы, мгновенно растворяясь в прозрачной толще.

Густой туман ласково окутал его со всех сторон. Время от времени с его безупречно белых пальцев срывались тяжёлые капли, порождая на водной глади мелкую рябь. В этот миг он походил на прекрасного, но зловещего демона, который по чистой случайности забрёл в мир смертных.

Не дождавшись от меня никаких действий, Каллум медленно приоткрыл глаза и, повернув голову, с лукавым прищуром спросил:

— Скажи, Элли, эта купель достаточно велика?

Вопрос показался мне крайне странным.

Я не сразу уловила скрытый подвох. Окинув взглядом просторный бассейн, я моргнула и ответила:

— Весьма велика.

— Раз она так велика, неужели моя госпожа боится, что в ней не найдётся места для ещё одного человека? — Каллум лениво постучал пальцами по мокрому камню бортика. Его безумный взгляд на секунду затуманился странной, пугающей нежностью. — Или мне стоит лично обучить тебя тому, как именно нужно «составлять компанию» своему господину?

Вот, значит, к чему он клонил с самого начала. Извечный, изощрённый круг его намёков.

Я с трудом сглотнула подступивший к горлу ком и вежливо отказалась:

— В этом нет никакой необходимости, Ваше Высочество. У меня нет привычки принимать ванну по утрам. Наслаждайтесь купанием в одиночестве, — я поспешно опустила голову и ретировалась в наружные покои. Я слишком хорошо знала, что Каллум, при всём его непредсказуемом безумии, не станет преследовать меня абсолютно нагишом.