К ней я тоже уже привык, однако… Если подумать, странная это все-таки штука. В местных самолетах ведь нет газа, двигатель, набрав обороты, всегда работает на полную мощность. А если нужно замедлиться, то ты просто зажимаешь прерыватель, и тот с характерным «блип» отключает искру, и какое-то время цилиндры крутятся уже только по инерции. Нужно снова ускориться — отпускаешь, и если ничего не сломается, то снова вперед.

— А вот это кое-что новенькое, — я постучал по паре выведенных чуть в сторону от РУСа приборов.

Первый — это стеклянная трубка, в которой невооруженным взглядом было видно, как пульсирует масло. Туда-сюда, туда-сюда. Учитывая, что в «Фоккере» не нашлось места тахометру, думаю, это его аналог. Так как масло пульсирует в такт двигателю, то можно примерно представлять его обороты, и пусть это не так понятно, как конкретные цифры, с другой стороны, в чем-то это даже нагляднее. Пока мотор работает, эта трубка, как сердце, тоже будет держать ритм.

— И настоящее сокровище, — по следующему датчику я даже не удержался и провел рукой.

И да, это оказался самый настоящий альтиметр, прибор для измерения высоты. А у меня ведь уже не раз крутились мысли, насколько полезной могла бы оказаться такая простенькая штука. В нем ведь нет ничего сложного: делается коробочка-гармошка, из нее откачивается воздух и подводится стрелка. Когда самолет поднимается, давление воздуха становится ниже, коробка разжимается, стрелка ползет вверх. Элементарно. Если бы не одно «но».

Сейчас этот самый альтиметр показывал, что я лечу ниже трехсот метров от земли. При том что по факту я забрался в два раза выше. Ничего себе погрешность: плюс-минус несколько сотен метров. С другой стороны, это явный минус подобных погодных альтиметров. Взлетишь в спешке, как я, не выставив давление на земле, и вот у тебя уже не прибор, а просто бесполезная стрелка. Или выставишь все, но погода резко изменится, давление скакнет и… Уровень земли опять окажется совсем не там, где ты его ждешь. В общем, как подсказка — неплохо, но вот летать в темноте или облаках по таким приборам лично я бы не рискнул. По крайней мере, если будет выбор этого не делать.

Отвлекся, и «Фоккер» тут же взбрыкнул, попробовав завалиться на левое крыло. Ноги, постоянно работавшие с этими рывками, уже давно перестали болеть и нажимали педали, словно сами подвешенные к каким-то блокам и тросам. Пожалуй, идея сделать круг побольше, чтобы точно обойти места, где меня могли бы встретить, была не так уж и хороша.

— Наверно, можно попробовать, — я выдохнул и медленно потянул РУС вправо, уходя в сторону линии фронта.