Котлинский услышал, как шум в проулке, где скрылись бандиты, сменился характерным топотом быстро удаляющихся ног. Все-таки мародеры были в чем-то на удивление разумны. Если цель опасна, они отступят и просто поищут того, с кем сумеют справиться.

— Доброго вечера, — Котлинский обратил внимание, что Крылов продолжает стоять на месте, и сделал несколько шагов вперед, выходя из тени.

— Илья… Карпович! — Крылов почти мгновенно узнал его и даже имя правильно назвал. Вот только радостная улыбка почти сразу сменилась грустной. — Ротмистр Козлов просил передать вам при встрече, что сочувствует вам из-за смерти брата.

Вот же странный человек. Только что прошелся по грани, а думает о других: в итоге о брате напомнил не только словами… Оставалось вернуть любезность.

— Спасибо. И прошу прощения, что не помог. Вы сами сработали быстрее, чем я успел что-то сделать. Кстати, не перебор ли с гранатой? Тем более с двумя.

— К сожалению, я не очень хорошо стреляю и совсем уж плохо дерусь, — Крылов смущенно потер лоб. — В свое оправдание могу сказать, что второй гранаты у меня нет.

— Вы блефовали? Но зачем тогда потребовали деньги? — Котлинский думал, что его уже ничто не удивит, но Крылов снова сумел это сделать.

— Конечно же, чтобы мне поверили, — пилот словно объяснял очевидное. — Если у тебя есть сила, то ты ей пользуешься. Если же нет, то люди вроде этого дезертира сразу же начнут в ней сомневаться. Дави, забирай, считай их за… не буду ругаться! И тогда они будут думать, что все идет именно так, как и должно быть.

Котлинский задумался, а потом все понял. Точно же: это сейчас Крылов — охотник, пилот, будущий офицер и, возможно, дворянин. Но начинал-то он и прожил свою жизнь среди простого люда, вот и разбирается в их привычках. Пожалуй, самому Котлинскому такой опыт бы тоже не помешал.

— Пойдемте, — поручик выдохнул и указал вперед. — Раз уж вы тут закончили, покажу дорогу дальше.

— На аэродром?

— Сначала заселим вас, — пояснил Котлинский. — А на аэродром завтра. Сегодня уже поздновато и для разговоров, и тем более для полетов. Да и пилотов всех сегодня позвал на торжественный вечер Петр Владимирович.

— Кто это?

— Веревкин, гражданский губернатор Вильно. Он просил пилотов прийти на прием, чтобы поднять боевой дух, что весьма упал в последние дни.

— Наверно, тогда вы правы, на аэродроме делать сегодня будет нечего. Тогда сможете достать мне карандаш и бумагу? Раз уж у меня появилось время и сопровождающий, я как раз успею подготовить учебные материалы.

Котлинский смерил Крылова подозрительным взглядом. Неужели он так радуется тому, что будет кого-то учить? Вряд ли, он же никогда не делал этого раньше. Или этот энтузиазм из-за того, что теперь не придется тратиться на канцелярию? С одной стороны, это нормальная черта для людей простого происхождения, с другой — поручику почему-то очень хотелось, чтобы его новый-старый знакомый оказался выше этого.