— Что еще?

— Есть бензиновые бомбы, прислали для проверки из лаборатории Лебеденко, — мне сделали новое предложение, и это было уже интересно.

Лебеденко — кажется, это тот самый человек, который спроектировал «Царь-танк», наш ответ на «Большие Берты», застрявший во время испытаний и так и не сделавший ни единого выстрела в бою. Я помнил, что он занимался еще прицелами для «Ильи Муромца», а вот про новые бомбы как-то прошло мимо. Впрочем, над прогрессивными видами взрывчатки в его лаборатории точно работали, так что почему бы и нет.

— Тащи, — кивнул я, заодно прислушиваясь к рокоту двигателя. Мой «Моран» был уже почти готов.

К счастью, бомбы приволокли довольно быстро. Механик на свое усмотрение захватил еще и гранаты Хейла — и английские, конечно, смотрелись гораздо серьезнее. Тот самый винт, что должен был взвести взрыватель, по идее заодно и выравнивать их будет, что значительно повышало шансы на попадание и позволяло сбрасывать бомбы с большей высоты. Бензиновые же творения Лебеденко напоминали консервные банки: аэродинамика кирпича, так сверху еще и обычный химический взрыватель. При должной удаче они могли вспыхнуть прямо в руках, но… Какой смысл в красоте, безопасности и технологичности пистолета, если он не пробьет шкуру слона?

— Сколько весит? — я прикинул одну из банок.

— Бомба Хейла — 20 фунтов, Лебеденко — 16.

Девять и семь килограммов — я перевел цифры в более привычные мне значения. Что ж, вот и еще один повод выбрать отечественное.

— Восемь, нет, шесть штук грузите, — я принял еще одно решение.

Не последний фактор успеха в будущей авантюре — вес. Именно поэтому я не стал ставить пулемет даже на всякий случай, поэтому мой «Моран», да и все остальные, заправлен только наполовину. Чтобы подняться на высоту дирижаблей, чтобы сделать это как можно быстрее, самолеты должны были весить как можно меньше. И даже пара десятков килограммов, сэкономленных за счет не взятых с собой гранат, могли решить исход будущего вылета.

— Готово, — бомбы закрепили под левую руку специальным канатом. Не полуавтоматический бомбометатель, конечно, но и так сойдет. Тем более, опять же веревка в отличие от всяких механизмов почти ничего не весит.

— Ладно, я полетел, — я запрыгнул на свое место и помахал собравшимся на взлетной полосе людям.

Немного странно, я ведь даже не спросил их имен, но… На операциях не знакомятся, на операциях делают свое дело. Вот и сейчас каждый из нас был не человеком, а прежде всего винтиком машины, что должна защитить город. Тех, кто верил, что русские истребители поднимутся в небо и отгонят врага.