— А если так? — я не удержался и поставил на стол между нами самый обычный горшок с цветком, чудом уцелевший в дружной мужской компании.

Не самая серьезная преграда, но чувство направленного взгляда исчезло, и я уже со спокойной душой смог погрузиться в сон. Кажется, даже почти успел доспать, когда вместе с первыми лучами солнца меня разбудили чьи-то панические крики.

— Пожар!

— Горим!

Внутри сразу появились нехорошие предчувствия. Быстро накинув одежду, я выскочил наружу, и если бы эту панику устроил кто-то для нападения на лагерь, то точно бы уже схватил пулю в лоб. Но мы на самом деле горели. Пламя и тяжелый черный дым было видно издалека. Со стороны взлетного поля!

Я побежал еще быстрее. Неужели?.. Нет-нет-нет!

— Проклятый ангар вспыхнул!

— Что и ожидалось от проклятого.

— Говорят, там ничего не осталось…

Случайные разговоры, зацепленные краем уха по пути, вгоняли в панику, но я продолжал бежать. Вот показались пожарные команды, солдаты из нестроевых с ведрами, обливающие соседние ангары, чтобы пламя на них не перекинулось. Вот почти черные стены места, которое могло стать для меня домом. А внутри…

— Иван Андреевич! — звенящий голос Лукьянова вырвал меня из пучины уныния.

Жив чертяка! Я обернулся, оглядел всего покрытого копотью поммеха, рядом с ним такого же грязного Маркова и только потом заметил рядом с ними еще и совершенно целую «Десятку». Нет, ее тоже подкоптило, но самолет был определенно цел. Даже без подпалин! И сразу стало легко и просто на душе.

А потом мне рассказали простую и очень поучительную историю о том, как кое-кто сначала развел костер для чайника с паром, потом забыл рядом с ним банку с растворителем и… Все вспыхнуло за какие-то секунды, и тут стоит отдать должное этой парочке. Оба бросились не к выходу, а к самолету, и успели вытолкать его наружу до того, как пламя хоть что-то повредило.

— Спасибо, — я искренне обнял сначала одного, потом другого. — Кстати, а что вы тут так рано делаете?

— Я в пять утра уже проснулся, — признался поммех. — Не спалось, вот и пошел проверить, как лак лег.

— Проверил, — хмыкнул я и посмотрел на Маркова. — А вы?

— А я тоже проснулся в пять. Увидел Лукьянова и не удержался. Мы проверили самолет, потом собрали тот расширенный ремкомплект по вашему списку и, наконец, решили доочистить те детали, что вчера не стали ставить, но которые могли бы еще пригодиться, и…

— Котик из нас теперь всю душу вынет, — вздохнул поммех.

И как в воду глядел. Старший жандарм появился хоть и с опозданием, но зато при полном параде. Оглядел все, приставил к «Ньюпору» охрану и целый отряд механиков, чтобы проверить на повреждения и все отмыть. Ну, а Маркова и Лукьянова утащил с собой писать объяснительные.