Моя правая рука, там, где под кожей все еще тлела его искра, отозвалась резкой, обжигающей вспышкой боли.
Я подавила судорожный вдох и вжалась в камни, опустив лицо так низко, что оно коснулось земли. Я чувствовала себя мышью, которую накрыла тень гигантского сокола. Он знал, что я здесь, знал, что я видела его триумф.
Щелк. Щелк. Сандаловые четки в его руках снова пришли в движение. Этот звук в наступившей тишине казался громче, чем лязг духовных мечей.
Цзян Хаоян не сказал ни слова. Он отвернулся, и его белые одежды, полыхающие холодом, скрылись за Лунными Вратами, оставив за собой лишь запах сосновой смолы и медленно тающий на белом мраморе летний снег.
Я лежала на земле, дрожа всем телом. Клан Цинъюнь ушел, решив, что компас ошибся. Моя тайна все еще была в безопасности. Я выжила.
Но почему у меня такое чувство, что настоящая опасность только что сняла печати с Павильона Одинокой Луны и теперь медленно, неотвратимо сжимает кольцо вокруг моей шеи?
Глава 6
Воздух над пиком Цинлун сгустился, летний снег, вызванный духовной мощью Верховного Жреца, растаял так же быстро, как и появился, уступив место удушающему, тяжелому зною. Природа замерла в тревожном ожидании.
Небо, еще утром пронзительно-синее, к середине дня налилось свинцом. Темно-лиловые, почти черные тучи скручивались над горами в гигантские воронки, скрывая солнце. Даже птицы в бамбуковых рощах умолкли, предчувствуя гнев небес.
Гроза в горах заклинателей — это не просто природное явление. Это скопление стихийной энергии, способной как очистить разум, так и разрушить слабые меридианы. Для меня же, запертой в теле демоницы, чья природа противилась светлой силе небес, эта буря грозила стать настоящей пыткой. Небесный гром слишком сильно напоминал раскаты Небесной Кары — молний скорби, которыми боги карали тех, кто шел по пути тьмы.
Мой запечатанный даньтянь уже начал нервно пульсировать в такт отдаленным глухим ударам грома, доносящимся из-за хребта.
— Эй, немая! Хватит глазеть на тучи! — хриплый голос госпожи Ван вырвал меня из тревожных мыслей.
Старая служанка, тяжело опираясь на клюку, подошла ко мне и сунула в руки стопку чистой ветоши из мягкого хлопка.
— Настоятель приказал закрыть все ставни в Павильоне Священных Свитков на нижнем ярусе и протереть полки от пыли. Если хоть капля дождя попадет на древние бамбуковые таблички, с нас живьем снимут кожу! Живо ступай туда! И помни: ни звука, ни единого лишнего движения. Это место скопления мудрости, а не скотный двор.
Я покорно кивнула, низко опуская голову, и поспешила к тропе, ведущей к библиотеке.