Я хотела возразить, что развлекаться сейчас — роскошь, которую я не могу себе позволить. Что каждый час должен быть потрачен на подготовку к бою. Но в ее голосе была такая непреклонная, теплая забота, что все доводы рассыпались в прах.
— И еще, — продолжила она таинственным шепотом, который прозвучал бы смешно, если бы не та искренняя интонация, — у меня есть свечи. Мне из Иерусалима привезли. Настоящие, восковые, пахнут миром и древностью. Знаешь, что мы будем делать?
— Молиться о спасении души одного рогатого безумца? — съязвила я устало.— Мы будем гадать! Сейчас в сочельник гадания самые сильные! — торжественно объявила Ира. — По воску. Старинный метод. Может, высшие силы подскажут, куда тебе лупить в первую очередь — по деньгам или по репутации. Или, может, просто покажут свет в конце тоннеля. В любом случае, это лучше, чем тупо пялиться в стены твоего золотого склепа.
— Я не верю в такое, — собираться и ехать в город мне откровенно не хотелось, еще Ирка со своими приколами…
Хотя… Ее слова «золотой склеп» попали точно в цель. Этот дом и правда стал напоминать гробницу — роскошную, мертвую, полную призраков прошлого.
Я закрыла глаза. Правда была в том, что я едва держалась. Холодная ярость и концентрация — отличное топливо, но они выжигали дотла. Тело требовало передышки. А душа… душа отчаянно нуждалась в чем-то простом, человеческом. В дружеском смехе, в тепле свечи, в глупой, наивной вере в то, что воск в чашке может сложиться в знак, который что-то значит.
— Хорошо, — сдалась я, и почувствовала, как какое-то невероятное напряжение спадает с плеч. — Только без шампанского. Я не вынесу еще один праздник.
— Договорились. Чай, свечи, мои фирменные сырники и абсолютно непредвзятое выслушивание всех твоих планов по низвержению твоего благоверного в тартарары. Будет терапевтично. Жду в семь, — она положила трубку.
Я опустила телефон на стол и уставилась в пустой экран компьютера. «Развеяться. Отвлечься». Странные слова. Казалось, между мной и нормальной жизнью пролегла непроходимая пропасть.
Но, возможно, Ира права. Чтобы вести долгую войну, нужно иногда выходить из окопов. Хотя бы для того, чтобы вспомнить, за что, собственно, сражаешься. Не только за разрушение его мира. Но и за возможность когда-нибудь снова почувствовать что-то простое, настоящее, человеческое. Вроде тепла восковой свечи и поддержки друга, который верит в тебя даже тогда, когда ты сама в себе сомневаешься.
***
Дверь в квартиру Иры открылась, и меня объял теплый, уютный хаос, так непохожий на стерильный порядок моего дома. Пахло корицей, свежей выпечкой и воском. Ира, в мягких штанах и растянутом свитере, с хитрым блеском в глазах, уже ставила на низкий столик поднос с сырниками и двумя бокалами.