Запаниковав, Холланд дернулась, но чьи-то руки сжали ее еще крепче.
– Расслабься, детка, ты в безопасности. – Чьи-то руки очертили круг на ее животе.
Затем Холланд почувствовала губы на своем плече, шее, ухе.
Это была плохая идея.
Очень плохая идея по многим причинам, перечисление которых заставило бы ее нервничать еще больше. Холланд могла сделать это, только если знала, что сегодня действительно станет ее последний день. А она не хотела умирать.
– Нам лучше остановиться. – Холланд высвободилась и повернулась на бок, лицом к нему. Это определенно было неправильным решением.
Утром Адам выглядел прекрасно. В тусклом свете его черты казались мягче, волосы были растрепаны, а веки все еще были слегка опухшими.
– Доброе утро, Светлые глазки. – Он положил руку ей на бедро. Уверенную, теплую и…
Из его носа упала капля крови, за ней еще одна и еще.
– Адам… – Холланд потянулась к нему, но он не пошевелился. Даже не вздрогнул, когда кровь полилась на простыни. Его глаза, все еще открытые, остекленели. – Адам! – вскрикнула Холланд, тряся его за плечо, но ничего не происходило. Только кровь продолжала капать. – Адам! Адам…
– Холланд… – произнес он, но его губы не шевелились. Все еще замороженный, он истекал кровью.
– Адам! – продолжала она трясти его.
– Холланд! – раздался крик, на этот раз громче. Затем она почувствовала на плече чью-то руку. – Холланд, проснись! Проснись!
Мгновение ее глаза все еще отказывались открываться. Она оказалась в ловушке разорванного пространства между снами.
– Все в порядке, – уверял ее Гейб. Не Адам. Тот был всего лишь сном. Гейб же был настоящим. – Ты со мной. Я здесь.
Наконец она открыла глаза. Гейб сидел на кровати. Одной рукой он держал ее за плечо, а в другой сжимал пропитанную кровью наволочку.
И тут она почувствовала это – вкус крови на губах.
– Что со мной такое? – спросила Холланд.
– Не знаю. Ты… – заколебавшись, Гейб на мгновение стиснул зубы, – ты все звала Адама.
Холланд почувствовала, как волна унижения сменилась тревогой. Она не хотела рассказывать Гейбу про очень реалистичный сон, в котором лежала в постели с Адамом. Особенно теперь, когда у Гейба на лице было написано, что он не прочь выстрелить в Адама еще раз. Вместо этого Холланд сообщила:
– Наверное, я просто заново переживала вчерашний день. Лучше мне привести себя в порядок.
На ватных ногах Холланд поднялась с кровати и поспешила в ванную. Умывшись, она снова открыла рюкзак Дженьюэри. Под разными мелочами обнаружилось на удивление большое количество одежды, а также пакет, полный туалетных принадлежностей. Холланд достала изумрудно-зеленое шелковое платье с короткими рукавами, глубоким вырезом и завышенной талией. Оно казалось слишком нарядным для похода в банк, но у Холланд возникло ощущение, что это место было куда более вычурным, чем обычные подобные учреждения.