Она задумалась, что еще написать. У Холланд было так много вопросов, но задавать их в сообщении казалось неподходящим способом. Наконец она остановилась на: «Сегодня утром я иду в Банк».
– Пойдем, – повторил Гейб. – Нам уже пора.
– Секундочку. – Холланд повернулась и взяла со стола кофе со льдом и целую упаковку тыквенных маффинов с шоколадной крошкой.
Стоящий в дверях Гейб так ни к чему и не притронулся.
– Ты не голоден? – спросила Холланд.
Он покачал головой:
– Не люблю тыкву.
– Тогда зачем все это заказал?
Он пожал плечами.
– Ты показалась мне человеком, который любит отмечать праздники. – И Гейб поспешил прочь, как будто, сказав или сделав что-то приятное, мог покрыться сыпью.
Холланд начала скучать по тяжести рюкзака сестры, как только положила его в багажник.
– Он будет тут, когда вернешься, – заверил Гейб.
Внезапно Холланд могла думать лишь о том, что люди, говорящие подобные вещи в фильмах, никогда не возвращались.
– Волнуешься? – спросил Гейб.
– С чего мне волноваться? – бросила Холланд. – Я всего-то иду в зловещий Банк, чтобы забрать предмет, которого там может и не быть, и я только сейчас осознала, что даже не знаю, как он выглядит.
–Никто не знает. Некоторые подозревают, что он может менять форму.
– Ты совсем не помогаешь, – выдохнула Холланд.
Гейб, нахмурившись, сунул руку в карман пиджака и вытащил старинную бронзовую монету.
– Что это? – спросила Холланд.
– Просто вещица, которую я подобрал, – произнес он таким тоном, что стало ясно: это определенно нечто большее чем «просто вещица». – Теперь протяни руку.
– Боюсь, мне нужно больше информации.
Гейб вздохнул:
– Я собираюсь преподать тебе небольшой урок по распознаванию магических предметов на тот случай, если не понимаешь, что именно находится в ячейке твоего отца. Теперь протяни руку.
На этот раз Холланд послушалась.
– Когда положу монету тебе на ладонь, я хочу, чтобы ты сказала, если почувствуешь что-либо. Хитрость магии в том, что она не всегда ощущается одинаково. Иногда на руках появляются мурашки, а иногда мир вокруг на секунду замирает. Люди постоянно замечают подобные вещи, но не осознают,почему они происходят, пока не сфокусируются в достаточной степени. Так что, – Гейб сделал паузу, заглянув темными глазами в ее, – будь внимательна.
Холланд кивнула, но по необъяснимой причине начала нервничать. По ее рукам побежали мурашки, а ведь Гейб даже еще не опустил монету. Когда он вложил монету в ее ладонь, Холланд почувствовала это. Резкий, ледяной ветерок прорезал теплый утренний воздух. Всего на мгновение. После чего Холланд снова ощутила лучи солнечного света.