Вот бы Дженьюэри была здесь.
Холланд знала, что сказала бы ее сестра-близнец: что-то вроде «Наплюй на парня, который тебя не хочет». Только вместо «наплюй» она использовала бы слово посильнее.
Сестры, возможно, и были похожи внешне, но во всем остальном не могли быть более разными. Тем не менее Дженьюэри была лучшей подругой Холланд. Единственным человеком, которому та все рассказывала.
Холланд бросилась вниз по лестнице, спеша на встречу с Адамом. Ее дом, как и многие другие вещи, которые нравились Холланд, был старым, построенным в 1940-х годах, с белыми стенами, отделкой из натурального дерева и множеством пропускающих свет окон. На полпути вниз Холланд позвонила сестре.
Обычно они общались каждый день, но из-за работы с начала октября Дженьюэри была занята больше обычного. За последние три недели она прислала из Испании лишь несколько редких сообщений и фото.
Сразу после колледжа Дженьюэри устроилась книжным детективом. Люди были готовы платить баснословные суммы, чтобы обладать тем, чего не было ни у кого другого, и в обязанности Дженьюэри входило разыскивать подобные вещи. Работа идеально ей подходила. Она всегда мечтала путешествовать и, как и Холланд, выросла на поисках сокровищ, которые устраивал их отец. И все же Холланд не хватало сестры, когда та отправлялась в дорогу.
Раздался один гудок, прежде чем звонок переключился на голосовую почту. «Здравствуйте. Вы позвонили Дженьюэри Сент-Джеймс. В данный момент я нахожусь в другой стране…»
Запись прервалась, потому что Дженьюэри взяла трубку.
– Привет… – Голос у нее был запыхавшийся, но вполне бодрый.
– Я позвонила в неподходящее время? – спросила Холланд.
– Нет, но у меня есть всего секунда. – На заднем плане слышался шум уличного движения, больше подходящий для полудня, чем полуночи.
– Чем ты занимаешься? – уточнила Холланд.
– Скучными рабочими вопросами. Только что закончила встречу с клиентом, которому очень нравился звук собственного голоса. – Дженьюэри всегда старалась выставить свою работу менее интересной, чем та была на самом деле. Вероятно, чтобы Холланд не завидовала. Однако сегодня вечером Дженьюэри и правда звучала немного устало. – Я скучаю по тебе.
Дженьюэри никогда не говорила, что скучает.
– Я тоже по тебе скучаю, – сказала Холланд. – Мой дом кажется слишком чистым, ведь ты давненько не заезжала. Когда вернешься?
– Еще не скоро… – На секунду на линии воцарилась тишина. На мгновение Холланд решила, что сестра сбросила звонок, но тут Дженьюэри продолжила: – Хотелось бы мне быть рядом… – Голос Дженьюэри стал таким мягким, что даже не походил на ее собственный.