– С виду он слишком новый, – сказала мама, вернув стилос Перри. – Это наверняка копия.
Перри сжал стилос в руке, и его вдруг посетила ужасная мысль. А что, если это и вправду был просто сон? Может быть, он перегрелся на солнце и с ним приключился тепловой удар или что-нибудь в этом роде…
– Где будем ужинать? – спросила мама.
Внизу лестницы блеснуло стекло на расписанной стене, отразив свет ярких ламп. Перри бросился к нему. Да, фрагмент росписи с деревом сохранился, и… У него перехватило дыхание. Он разглядел оранжевые и белые полоски. Котёнок, которого нарисовал Марковий, тоже был там. И… сердце Перри чуть не выскочило из груди, когда он встал на колени и заглянул под дерево.Да! Две процарапанные в краске буквы, уже еле заметные, но вполне различимые: V… A…
Он чуть не вскрикнул от восторга. Это был не сон.
– Перри!
Он вскочил на ноги и улыбнулся. Приятно снова услышать, как тебя называют привычным именем!
Поблизости было много кафе, но они ходили в одно и то же. Где была еда, которая нравилась всем.
– Ну что, Перри? Тебе, как всегда, пиццу? – спросил папа, когда им принесли меню.
Мимо прошёл официант с большим блюдом, на котором высилась гора маленьких раковин.
Улитки! – подумал Перри. За последние четыре месяца он не раз видел, как другие едят улиток, но сам не пробовал ни одной.
– Можно мне взять улиток? – выпалил он.
Все эти месяцы он ждал возможности снова съесть пиццу, но теперь, когда возможность представилась, пицца показалась ему слишком обыденной и поэтому скучной.
Все изумлённо уставились на него.
– Отличная мысль, – сказал папа после долгой паузы. – Я тоже возьму улиток.
– Скажи, что ты шутишь! – простонала Мелисса.
Перри посмотрел на неё. Если уж он смог попробовать жареную мышь, то уж пару улиток съест точно.
– Ещё можно взять лягушачьи лапки, – заявил он. – Раз мы во Франции, надо попробовать здешнюю традиционную еду.
– Кажется, мы привезли с фестиваля не того мальчика, – вздохнула мама.
К улиткам подали специальные маленькие вилочки, и Перри вспомнил гостей на пиру в городском доме, которые выковыривали улиток из раковин с помощью заострённого конца ложки.
– Вы же не станете это есть? – в ужасе прошептала Мелисса.
Перри самодовольно улыбнулся, вытащил из раковины кусочек резиновой мякоти в чесночном масле и положил его в рот. Он был почти разочарован, что в мясе улитки нет никаких странных привкусов вроде мёда или тухлой рыбы.
– Завтра утром мы идём в Константиновы термы, – объявила мама.
Перри с трудом удержался, чтобы не рассмеяться. Он мылся в этих термах почти каждый день в течение нескольких месяцев. Что он там не видел?! Но было в Арле одно место, куда ему очень хотелось попасть.